Человек которому пересадили лицо фото: «Второй шанс в жизни». Врачи в США впервые успешно провели пересадку лица и рук

Содержание

«Второй шанс в жизни». Врачи в США впервые успешно провели пересадку лица и рук

Автор фото, Reuters

Врачи в Нью-Йорке провели первую в мире успешную операцию по пересадке лица и кистей обеих рук. В августе прошлого года 22-летний Джо Димео провел в операционной 23 часа, с ним работала большая команда из 140 медиков.

В 2018 году Димео возвращался домой после ночной смены и заснул за рулем, его автомобиль попал в аварию и загорелся. В результате американец получил ожоги третьей степени, поразившие почти 80% его тела. Ему ампутировали кончики пальцев, он потерял губы и веки.

Джо провел четыре месяца в ожоговом отделении — часть этого времени он находился в искусственной коме. Димео перенес более 20 пластических операций, но моторику рук и лица полностью восстановить так и не удалось.

В 2019 году пациента направили в академический медицинский центр NYU Langone в Нью-Йорке, где год спустя он перенес операцию по трансплантации рук и лица.

«Такие подарки бывают только один раз в жизни, — сказал Джо. — Надеюсь, что семье [донора] будет немного легче, если они будут знать, что его часть продолжает жить во мне. Я и мои родители очень благодарны тому, что мне дали этот второй шанс».

«Наша операция должна была не только улучшить то, как он выглядит. Мы хотели, чтобы у него все работало идеально, особенно руки», — рассказал директор программы по пересадке лица Эдуардо Родригес.

После операции Джо Димео провел 45 дней в отделении интенсивной терапии и еще около двух месяцев в больнице. Там ему пришлось заново учиться открывать веки и пользоваться своими новыми руками. Сейчас он уже может самостоятельно тренироваться и выполнять повседневные задачи, такие как приготовление завтрака.

Первая удача

Доктор Родригес говорит, что Джо Димео, который каждый день занимается физиотерапией около пяти часов, — «самый целеустремленный пациент» из всех, с кем ему приходилось иметь дело. «Он хочет заниматься спортом, он обожает гольф, хочет снова начать играть. Меня всегда поражает, какой большой вес он способен поднять и какая у него большая сила сжатия», — добавляет врач.

Это первая операция, когда врачам удалось успешно пересадить лицо и обе кисти. В прошлом медики дважды предпринимали подобные попытки, но они обе закончились неудачно. Один пациент скончался из-за возникших осложнений, другому пришлось ампутировать новые руки, поскольку они не прижились.

На этот раз врачи хотели убедиться в том, что тело Джо Димео не отвергло пересаженные органы, и только после этого объявили об успехе операции.

Россиянин два года прожил с донорским лицом — Российская газета

Он единственный в России и 33-й в мире человек, которому пересадили донорское лицо. Специалисты считают, что с этой операции в нашей стране начинается новая эра трансплантации донорских тканей: композитных, сложно устроенных. А как он сам воспринимает свою жизнь до и после произошедшего?

Травма случилась в армии. Электроожог — так значится его первоначальный диагноз. И сейчас, спустя более чем три года, уже не установить, то ли одна из жил кабеля оказалась рабочей, то ли внезапно на него подали напряжение…

— Самое страшное не травма, — говорит Николай убежденно, — самое страшное — последствия. Меня в госпитале одна мысль мучила: как я ТАКОЙ буду дальше жить?

Тяжелые ожоги, многочисленные повреждения внутренних органов, хромота и дефект правой руки, честно признается, напрягали его не очень. Может, сказывалось легкомыслие молодости? Все-таки ему было всего 19… А вот травма лица приводила в ужас.

Надо сказать, ужаснулась и я, когда впервые увидела фотографии Николая до той пластической операции, которая сделала его уникальным пациентом России. Живыми на лице оставались только глаза. Все остальное представляло собой одну кровавую яму.

Сегодня передо мной сидит молодой человек, смотреть на которого совсем не страшно. Ну да, его крупный нос пока далек от совершенства (заметны некоторая отечность и покраснение — следствие медицинских процедур, которые сейчас, спустя два года после пересадки, проходит Николай). Чувствуется припухлость в переносице — так бывает у профессиональных боксеров. Но живой взгляд, всегдашняя готовность к улыбке, модная стрижка делают моего собеседника вполне обаятельным.

Я ищу на его лице следы другого, донорского лица (ведь ему, 20-летнему тогда парню, пересадили большой и сложно устроенный лоскут с лица 54-летнего мужчины, скончавшегося в ДТП), и не нахожу примет «пожилого возраста». Я напоминаю Николаю, что операция, которую ему в конце концов провели, первая в России. Таких пациентов и в мире-то всего 33 человека. Профессор Мария Волох из Санкт-Петербургского медицинского университета имени Мечникова и ее мультидисциплинарная команда (почти десяток специалистов разного профиля!) пересаживали Николаю лицо в течение трех суток. А готовились к операции почти пять лет, отрабатывая приемы пересадки композитного лоскута (с костными тканями, хрящами, мышцами, нервами и кожей) на животных. Осмелев, решаюсь задать главный вопрос:

— Что ты чувствовал, когда тебе сказали, что будешь жить с донорским лицом?

— Вот прикиньте — приносят вам салат. Все так красиво, соблазнительно. А задумайтесь, как эти продукты раньше выглядели? То-то. И со мной такая же история. Я миллион раз на дню все решал и перерешивал, взвешивал все «за» и «против». Результат! Мне был важен результат, а не свое здоровье или удобство. Но если вы думаете, что я, сняв бинты, сразу человеком себя почувствовал, то это тоже неправда. Мне потом еще пришлось одну корректирующую операцию пройти. И не факт, что последнюю…

Сейчас Николай не стесняется выходить на улицу, ездить в транспорте и даже посещать ночные клубы

Зато сейчас Николай или, как сам он себя называет, Колян, не стесняется выходить на улицу, ездить в транспорте, ходить по магазинам и даже посещать ночные клубы.

Его, парнишку из Магнитогорска, успевшего перед армией всего лишь окончить профтехучилище по специальности автомеханик, врачи «перетащили» в Санкт-Петербург. Не без помощи своих спасителей он снял жилье в семейном общежитии военно-медицинской академии. Поступил в один из престижнейших университетов Северной столицы — ИТМО.

Впрочем, он, похоже, вообще не очень-то заморачивается по поводу будущей профессии. Гораздо больше Николая, как и любого 23-летнего человека, волнуют вопросы собственного бюджета и личной жизни.

— Деньги у меня есть: получил все положенные выплаты за травму, но что дальше с ними делать? Пока положил в банк под процент. Хочу какой-нибудь свой бизнес замутить, но не знаю пока, что именно.

А еще он охотно рассуждает на темы личной жизни:

— Хочу серьезных отношений, пора уже. Но не складывается пока.

Вообще подружки у Николая есть. Он даже согласился поделиться со мной фотографией, где запечатлен с одной из них и своим лучшим приятелем. Увы, ни да ни нет эта девушка ему пока не говорит.

— Мне красивые нравятся, — вздыхает он. — Даже очень красивые, вот… как эта официантка, например. Не, я понимаю, склад ума тоже важно, но это ведь дело наживное, правда?

Смеюсь: похоже, в его представлении «склад ума» — это такое хранилище интеллекта, которое жизнь постепенно нагружает разными файлами.

А про здоровье свое он говорить не любит. Даже не признается, какая у него группа инвалидности. Хорохорится: «Я скоро все равно с нее спишусь!».

«Хочу серьезных отношений, пора уже. Но не складывается пока», — признается Николай. Фото: Из архива автора

Пожарному из Нью-Йорка полностью пересадили лицо, и он привыкает к новой жизни

На протяжении 14 лет пожарный Патрик Хардисон вынужден был мириться со взглядами прохожих и страхом своих детей, так как он получил ужасающие ожоги при тушении дома на колесах. Но год назад он обрел путевку в новую жизнь: ему полностью пересадили лицо другого человека. Сложнейшая операция, которую провели в Нью-Йорке, длилась 26 часов. Теперь, по словам Хардисона, ему больше не нужно мириться с ежедневным унижением: «Сейчас я просто обычный парень, идущий по улице».

«Люди могут смотреть на меня и понимать, что что-то произошло, но никогда, глядя на меня, не скажут, что мне пересадили лицо».

На вопрос о том, было ли ему когда-нибудь так приятно безразличие окружающих, он отвечает: «Нет, конечно. Никогда это не было так приятно».

(Всего 17 фото)

Спонсор поста: Поликлиника Профмедлаб: Поручите нам проведение медицинского осмотра и оценки здоровья работников. Чтобы получить информацию о ценах и сроках звоните: +7 (495) 255-48-54
Источник: Daily Mail

Хардисону было всего 27 лет, когда в сентябре 2001 года он участвовал в тушении пожара, навсегда изменившего его жизнь. Его бригада поехала по вызову на пожар в доме на колесах в Сенатобии, штат Миссисипи. Сообщалось, что в огненной ловушке оказалась женщина. Хардисон вошел в горящий дом и начал ее искать, но на него обвалился потолок, и он оказался блокирован внутри. Из-за жара его защитная маска расплавилась и прикипела к лицу. О тушении огня можно было забыть: шланг попросту развалился. Хардисон сорвал маску, закрыл глаза, задержал дыхание и ринулся к выходу. Позже хирурги похвалили его за это, поскольку так ему удалось почти полностью сохранить зрение и не повредить легкие и гортань едким дымом.

Когда Хардисон выбрался из огня, коллеги были шокированы его ожогами: они вспоминали, как обгорелая плоть слезала с его лица. Джимми Нил, который был с Хардисоном в тот день, сказал: «Я никогда не видел кого-либо с такими ужасными ожогами и при этом живого». Хардисон провел 63 дня в больнице. На место сожженного лица ему пересадили кожу с бедер. Он потерял уши, губы, большую часть носа и практически всю кожу век. Из-за этого он не мог нормально видеть. Он вспоминает, как вернулся домой, и его трое маленьких детей — шестилетняя Элисон, трехлетний Далтон и двухлетний Эвери — были в ужасе от него. «Мои дети испугались меня. Нельзя их в этом винить. Это маленькие дети», — рассказал он в интервью телеканалу ABC.
Хардисон до несчастного случая, после которого он потерял свое лицо.

Он сказал им и другим любопытным детям, что боролся с медведем, но они убегали с криками и слезами, когда видели его. «Это хуже смерти», — говорит он. В последующие трудные годы Хардисон перенес 71 операцию (примерно по семь в год), в ходе которых ему пытались восстановить рот, нос и веки, используя пересадку кожи. Из-за непрекращающихся мучений мужчина впал в депрессию. Несмотря на то, что после несчастного случая у него родилось еще двое детей, Брэйден и Каллен, ожоги очень сильно повлияли на его семейную жизнь, и после десяти лет брака жена Крисси развелась с ним.

Дэвид Родебоу, донор, погибший в аварии на мотоцикле, чье лицо пересадили пожарному.

Беда не приходит одна, и Хардисон был объявлен банкротом и потерял дом. Позже он пояснил, что во времена постоянных мучительных операций и периодов восстановления он подсел на обезболивающие, что плохо повлияло на его новый магазин автомобильных шин.

Хардисон до операции по пересадке лица, через несколько месяцев и через год.

Приятель по церковному приходу Хардисона написал доктору Родригесу, который уже пересаживал лицо человеку в 2012 году в Медицинском центре Мэриленда. Врач ответил, что постарается помочь, и в августе 2014 года Хардисона внесли в список ожидания. Ему нужен был донор с таким же цветом кожи, волос и группой крови, а также с аналогичной структурой костей. Донором стал 26-летний Дэвид Родебоу из Бруклина, погибший в аварии на мотоцикле в прошлом году.

Непосредственно до операции и сразу после пересадки.

Когда представители медицинского центра обратились к матери Родебоу и обсудили с ней возможность донорства лица, она согласилась, сказав, что ее сын всегда мечтал стать пожарным. Потребовалось более 100 хирургов, медсестер и ассистентов, а также более 26 часов, чтобы сделать операцию. Хардисона предупредили, что шансы его выживания — 50%.

Лицо Хардисона после операции постепенно менялось: трансплантат адаптировался к форме черепа, а еще одна операция позволила избавиться от дыхательной трубки.

Старшая дочь Элисон поначалу негативно отнеслась к идее операции, однако перед процедурой отец переубедил ее, сказав, что так ему не придется надевать бейсболку или темные очки, когда он поведет ее к алтарю. Сейчас уже прошло 12 месяцев, и организм Хардисона приспособился к новым тканям лица, не отторгая трансплантат.

Все медицинские специалисты, участвовавшие в операции.

Хотя осталось пройти еще много трудностей, на данный момент Хардисон привыкает к новой жизни, от которой успел отвыкнуть за 14 лет. «Нормальность стала реальностью за один год. Я думал, что уже никогда не узнаю, что такое нормальная жизнь», — говорит бывший пожарный.

 После операции Хардисон вновь обрел уверенность в себе и даже свозил детей в Диснейленд.Он даже смог поплавать в бассейне, чего не делал целых пятнадцать лет.  Хардисон вернулся в спортзал, о чем не мог даже помыслить до операции.Он навестил пожарную станцию, где раньше работал. Хардисон говорит, что едва удерживается от того, чтобы не поехать на вызов с бывшими коллегами.На этой станции установили табличку в его честь.

Смотрите также: Живой Кен завязал с пластикой, когда чуть не остался без носа после 43 операций

А вы знали, что у нас есть Instagram и Telegram?

Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!

Американские хирурги пересадили пациенту новое лицо

Американские хирурги провели редкую и сложную операцию по пересадке лица. История пациента и примеры нескольких аналогичных операций — в материале «Газеты.Ru».

Энди Санднессу из США 32 года, и последние 11 из них он прожил практически без лица. В 2006 году он пытался покончить жизнь самоубийством и выстрелом снес себе практически всю нижнюю часть лица. Благодаря усилиям врачей он выжил, но восстановить нос, нижнюю челюсть, зубы им не удалось.

Санднесс вернулся в родной город, продолжил работать. А в 2012 году хирурги из американской клиники Майо решили попробовать пересадить молодому человеку донорское лицо. Это редкая, выполнявшаяся не более 40 раз, и сложная операция, но и врачи, и пациент были готовы рискнуть.

«Когда выглядишь как я, то хватаешься даже за самый призрачный шанс, — говорит Санднесс. — Эта операция могла сделать меня нормальным».

Подготовка к операции длилась три года. Хирурги клиники по субботам собирались, чтобы потренироваться. В январе 2016 года Санднесс был добавлен в список ожидания для трансплантации. Он предполагал, что ждать придется еще пару лет, но уже через несколько месяцев ему позвонили из клиники: подходящий донор нашелся.

Это был 21-летний Кален Росс, который, по иронии судьбы, тоже выстрелил себе в голову. Его беременная жена Лилли, несколько поколебавшись, дала согласие на операцию.

Она сказала, что согласилась потому, что хотела показать будущему сыну, как его отец кому-то помог.

Операция заняла 56 часов. Ее проводили 60 специалистов. Целый день хирурги провели, срезая необходимые кости, мышцы и кожу с лица донора. Все остальное время они восстанавливали лицо Санднесса от глаз и ниже. На протяжении 32 часов врачи реконструировали нос, щеки, рот, зубы, губы и подбородок.

В течение трех недель после операции Санднессу было запрещено смотреть на себя в зеркало. Но когда он наконец это сделал, то был потрясен.

«Когда ты теряешь то, что было у тебя всегда, то понимаешь, как это — когда этого нет. И если ты вдруг получаешь шанс вернуть это, то никогда такое не забудешь», — рассказывает он.

Спустя три месяца Санднесс окончательно осознал, что теперь его лицо выглядит нормальным. Он ехал в лифте, и маленький мальчик взглянул на него без испуга. До операции такого никогда не случалось.

Спустя какое-то время к Санднессу вернулось обоняние, он смог нормально дышать и есть.

Сейчас у него есть возможность смешаться с толпой, и он счастлив.

Впервые трансплантация лица была выполнена в 2005 году во Франции. Изабель Динуар пыталась свести счеты с жизнью с помощью снотворных таблеток. Пока она была без сознания, ее собственная собака, лабрадор Тани, обглодала лицо хозяйки. Собака сгрызла губы, часть носа и подбородка. Восстановить лицо было невозможно, и врачи решились на пересадку.

close

100%

Динуар прожила с новым лицом 11 лет, но ее организм пытался отторгнуть трансплантат. Женщина была вынуждена принимать специальные препараты для подавления иммунитета. В 2016 году она умерла от рака.

Другой известный пациент, перенесший трансплантацию лица, — американец Даллас Винс. В 2008 году, работая декоратором в церкви, он прикоснулся лбом к высоковольтному проводу. Хирурги боролись за его жизнь 36 часов.

Лицо мужчины полностью сгорело — у него не осталось бровей, глаз, носа. Три месяца он провел в искусственной коме, необходимой, чтобы его организм мог восстановиться.

close

100%

В 2011 году 30 специалистов на протяжении 15 часов формировали ему новое лицо из кожи с лица и бедер донора. Зрение восстановить не удалось, но к Винсу вернулось обоняние. Всего мужчина перенес несколько десятков операций. Спустя 10 месяцев Винс наконец смог улыбнуться.

Ричард Норрис — еще одни неудавшийся самоубийца, которому в 22 года подвернулся под руки дробовик. Оставшись без части лица, мужчина 15 лет прожил вдали от людей в доме без зеркал, ни с кем не разговаривая. Его матери удалось найти хирурга, готового взяться за Норриса. Благодаря трансплантату Норрис вновь смог вернуться в общество.

close

100%

Серия фотографий Ричарда Ли Норриса на пресс-конференции в медицинском центре в Балтиморе, 2012 год

Gail Burton/AP

Пожарный Патрик Хардисон лишился лица во время тушения пожара.

Он был настолько обезображен, что его боялись даже собственные дети.

Врачи предупреждали его, что вероятность успеха операции — лишь 50%, но он был готов пойти на риск. Его донором стал молодой мужчина, погибший в автокатастрофе. По словам матери погибшего, при жизни тот мечтал стать пожарным.

close

100%

До пересадки Хардисон перенес больше 70 операций, но они не смогли придать ему нормальный вид. Это удалось лишь благодаря пересадке.

Умерла первая женщина, которой частично пересадили лицо / Хабр


Изабель Динуар (Isabelle Dinoire). Фото: AP

27 ноября 2005 года француженка Изабель Динуар (Isabelle Dinoire) стала первым в мире человеком, кому частично пересадили лицо. Ей трансплантировали значительную часть лица, в том числе подбородок, рот и нос. Операцию провели через семь месяцев после того, как женщину искусал любимый лабрадор-ретривер Таня, пытаясь разбудить хозяйку после умышленной передозировки снотворного.

Драматическая история Изабель приобрела широкую известность. Тысячи людей во всём мире с обезображенным лицом получили призрачную надежду улучшить внешность: заменить всё лицо целиком, кардинально поменять судьбу, начать жизнь с чистого листа. Однако не всё так просто.

Как сейчас стало известно, Изабель Динуар сильно пострадала от осложнений операции. Зимой 2015 года её организм отверг имплантат. Вчера французская пресса сообщила печальную новость: женщина скончалась 22 апреля 2016 года, в возрасте 49 лет.

Осторожно! Моделирование и сживление лицевого нерва
3D-моделирование лицевого нерва помогает в планировании операции по пересадке лица (A). На фотографии показан сращённый нерв реципиента с донорским лоскутом (B). Иллюстрации: Saami Khalifi, Philip S Brazio, Raja Mohan, Cynthia Shaff, Gerald Brandacher, Rolf N Barth, Eduardo D Rodriguez // The Lancet

Первую в мире операцию по частичной пересадке лица провели хирурги больницы Amiens-Picardie города Амьен (Франция). Операция началась в воскресенье 27 ноября 2005 года и продолжалась 15 часов. Для хирургов это был единственный вариант, они не видели других возможностей помочь пациенту в таком состоянии. В исторической операции посменно принимали участие многочисленные хирурги, врачи и служебный персонал.

Лицо для имплантирования взяли у другой женщины, у которой врачи констатировали смерть мозга. По удачному стечению обстоятельств, у неё оказался похожий цвет лица, структура костей и другие важные характеристики.

Во время операции одна группа хирургов удаляет лицо и прилегающие ткани у донора, а другая группа хирургов удаляет повреждённые участки лица у реципиента. Сначала имплантируются недостающие кости, затем четыре ключевые артерии и вены, по две на каждой стороне шеи. Их нужно присоединить как можно быстрее, чтобы обеспечить кровоток к лоскуту. После восстановления кровотока хирурги сживляют нервную ткань, мышцы, другие ткани и, в конце концов, кожу.


Часть лица доставлена для пересадки. Кадр из документального фильма об Изабель Динуар

Многие специалисты из медицинского сообщества высказывались против проведения такой операции из-за высокого риска осложнений и слишком ослабленного состояния пациентки. Специалисты говорили, что французские хирурги в погоне за сенсацией нарушают этические и юридические нормы. Тем не менее, по итогу, операцию признали успешной.

В течение нескольких лет врачи наблюдали за состоянием пересаженной кожи: сшитых кровеносных сосудов, сосудистых вставок, кровотоком в сшитых сосудах и общим приживлением кожи.

В своих мемуарах «Поцелуй Изабель» (Isabelle’s Kiss) женщина описывает, как врачи потом долго учили её кушать, говорить и улыбаться нормально. После исторической операции женщину с новым лицом впервые вывели на пресс-конференцию в феврале 2006 года. Хотя и с трудом, она смогла произнести несколько слов. После операции женщина действительно смогла вести относительно нормальную жизнь: кушать самостоятельно, со временем даже начала чувствовать новые губы, нос и рот.

В декабре 2015 года начался частичный некроз лоскута. В результате, Динуар частично потеряла способность двигать губами. После повторной операции у пациентки развились две злокачественные опухоли.

Женщина скончалась 22 апреля 2016 года. О её смерти больница Амьена сообщила с опозданием, чтобы защитить родственников женщины от назойливого внимания прессы. Врачи не назвали точную причину смерти.


На хронологической шкале указаны все операции по полной и частичной пересадке лица с 2005 по 2014 годы. Источники информации: The Lancet; Dr. Eduardo D. Rodriguez; American Journal of Transplantation. Изображения: Pixelmolkerei / NYU Langone. Инфографика: The New York Times

Пересадка лица до последнего времени считается очень рискованной операцией. Тем не менее, с 2005 по 2014 годы во всём мире проведено 28 операций по полной или частичной пересадке лица. Обзор результатов этих операций опубликован 27 апреля 2014 года в научной статье в журнале The Lancet (doi: 10.1016/S0140-6736(13)62632-X).

В большинстве случаев операции были успешными: зафиксировано частичное восстановление моторной активности, функциональное и психологическое восстановление пациентов. Результаты операций перечислены в следующей таблице для 18 пациентов, о которых открыта информация.

Авторы научной работы делают вывод, что пересадку лица сейчас можно считать, в целом, безопасной и осуществимой операцией. По их мнению, её следует рекомендовать большему количеству пациентов, которые пострадали от генетических болезней, ожогов, укусов животных, огнестрельных ранений и других инцидентов.

Правда, не каждый сможет себе позволить такую операцию. Процедура всё ещё считается экспериментальной и рискованной. К тому же, её стоимость составляет около $300 000 и покрывается не каждой медицинской страховкой даже в странах с развитой системой медицинского обслуживания.

Риск отторжения ткани остаётся достаточно высоким. Как показывает пример Изабель Динуар, последствия могут быть несовместимы с жизнью.

Приживление чужой ткани грозит возникновением инфекции. Но многие люди с обезображенными лицами готовы рискнуть. Современное общество очень высоко ценит внешность человека и, в частности, симметрию лица. Поэтому люди с обезображенными лицами почти всегда подвергаются унижениям, дискриминации и социальной изоляции. В результате, эти несчастные часто страдают от серьёзной депрессии и иногда предпринимают попытки покончить жизнь самоубийством.

Обычные методы реконструкции лица обычно дают неудовлетворительный результат — оставляют ужасные шрамы и деформации. В отличие от них, новые методы полной пересадки лица вполне удовлетворительны и уже улучшили жизнь десятков людей, которые перенесли такую операцию. Некоторые из них дают комментарии в документальном фильме по ссылке ниже.


Изабель Динуар после операции. Кадр из документального фильма

Из 28 пациентов, которым сделали пересадку лица в 2005-2014 годы, почти все живут относительно нормальной жизнью. Они могут есть, пить, говорить более разборчиво, чем раньше, ощущать запахи, улыбаться и моргать. Четверо пациентов вернулись к учёбе в учебных заведениям. Трое пациентов скончались (теперь четверо).

Общественному мнению ещё предстоит свыкнуться с мыслью, что человек способен жить с лицом, взятым у другого человека. Нужно понимать, что реципиент внешне не похож на донора. Заимствуются только ткани, но не черты лица. Возможно, это снимет часть страхов в общественном сознании.

Вполне вероятно, что в будущем пересадка лица станет более обычной и недорогой операцией.

Свиное сердце бьется в груди американца уже больше недели

57-летний американец Дэвид Беннетт стал первым в мире человеком, кому пересадили сердце от генно-модифицированной свиньи.

Первые фотографии Дэвида Беннета после операции, сделанные 12 января. Сейчас мужчина отключен от аппарата, который поддерживал циркуляцию крови по его телу более 45 дней, включая несколько дней после операции. Он дышит самостоятельно и говорит тихим голосом. Его сын, Дэвид Беннетт-младший, рассказал, что отец не может дождаться выписки из больницы и благодарен врачам за новаторскую операцию, которая дала ему еще один шанс.

«Отец хотел, чтобы я знал: как бы не закончилась операция, он хочет помочь людям. Он осознавал, на какой риск идет, но своим примером хотел подарить людям надежду и веру в лучшее. Также он добавил, если операция завершится неудачно, то я хочу стать посмертным донором. Пусть мои органы спасут чью-то жизнь», – рассказал сын пациента.

Пересадка свиного сердца была для Беннета единственным шансом на спасение. Очередь на человеческие донорские органы в США огромная, мужчина просто бы не дождался операции. Из-за неконтролируемой аритмии он также не мог рассчитывать на временную меру – механический имплант, частично выполняющий функцию сердца. Сегодня врачи подводят первые итоги сложной операции.

«Мы думаем, что нам удалось преодолеть первые стадии отторжения органа, которых мы боялись больше всего. Это могло произойти прямо на операционном столе или в первые дни после операции. Так называемое «сверхострое отторжение». У пациента подобного не наблюдалось. Он продолжает чувствовать себя хорошо. Эхокардиография подтверждает, что сердце функционирует нормально», – сказал руководитель программы ксенотрансплантации медицинского центра Университета Мэриленда Мухаммад Мохуиддин.

«Мы начинаем процесс реабилитации. Со сдержанным оптимизмом мы надеемся, что он продолжит восстанавливаться. Мы постоянно следим за работой сердечной мышцы, берем пробы на биопсию. Эти данные используются для того, чтобы своевременно выявить либо исключить отторжение органа», – говорит трансплантолог медицинского центра Университета Мэриленда Бартли Гриффит.

Окончательные выводы об успешности операции можно будет сделать только после того, как станет ясно, сколько времени Дэвид Беннет проживет с чужеродным сердцем. В любом случае, эта операция – настоящий прорыв, который на один шаг приблизил человечество к решению проблемы нехватки органов. Только в США трансплантации ожидают 100 тысяч человек, а около 6 тысяч пациентов умирают ежегодно, так и не дождавшись своей очереди.

Главная проблема ксенотрансплантации – отторжение донорских органов. Иммунная система человека атакует их, из-за чего они перестают работать. В теории справиться с причинами отторжения позволяет генная инженерия. Например, донором для Дэвида Беннетта стала генно-модифицированная свинья. В общей сложности 10 генов животного подверглись изменениям. Одним из главных было отключение синтеза альфа – 1,3-галактозы. Этот углевод при пересадке вызывает запуск мощной иммунной реакции человеческого организма, направленной на немедленное, в течение нескольких минут, уничтожение свиного трансплантата. Кроме этого, были «выключены» еще три гена, в том числе один, который отвечал за рост сердца, чтобы оно не стало расти внутри пациента. С другой стороны, в геном животного были введены шесть человеческих генов, ответственных за иммунное восприятие свиного сердца.

«Это не такая генная модификация, которая делает похожей свинью на человека физически, а генная модификация, которая делает похожей свинью на человека с точки зрения гистосовместимости. То есть тканевой совместимости органа свиньи и человеческого организма. На глаз это незаметно», – пояснил хирург, трансплантолог, доктор медицинских наук Михаил Каабак.

Еще один серьезный риск ксенотрансплантации – инфекционный. От животных человек может получить вирусы или бактерии, которые приведут к новым заболеваниям.

Безусловно, животные-доноры растут в почти стерильных условиях, не предполагающих заражения от других особей. Но ведь существуют и эндогенные вирусы. То есть последовательности ДНК вирусного происхождения, зашитые в самом геноме животного. Однако, генетики, кажется, научились бороться и с этой скрытой угрозой. Американский ученый Джордж Черч экспериментально показал, как с помощью лишь одной генной модификации можно уничтожить 65 ретровирусов, интегрированных в геном свиньи.

Эксперты предрекают, что уже в ближайшие лет 20-30 ксенотрансплантация войдет в повседневную врачебную практику.

Опыт Дэвида Беннета приблизил нас к новой эпохе межвидового донорства. Насколько быстро она наступит будет зависеть от того, насколько долго будет биться его новое сердце.

Сын пациента, которому пересадили свиное сердце, назвал операцию чудом — РБК

Фото: Christopher Furlong / Getty Images

Пересадка сердца генетически модифицированной свиньи человеку, которую провели американские хирурги 57-летнему Дэвиду Беннетту, важна для США и мира, операция стала чудом. Об этом заявил сын реципиента Дэвид Беннетт-младший, передает Reuters.

«Это важно для моего отца, для Соединенных Штатов, для всего мира <…> Это прорыв, это замечательно и, честно говоря, это чудо», — рассказал он.

Беннетт-младший добавил, что и сам в 37-летнем возрасте имеет проблемы с сердцем, а произошедшее «меняет будущее» для него.

Врачи в США успешно пересадили человеку свиное сердце

Операцию провели в Балтиморе, она продлилась восемь часов. Врачи оценили состояние пациента как хорошее, он все еще остается подключен к аппарату искусственного кровообращения, однако пересаженный орган уже выполняет значительную часть работы. Первые двое суток после пересадки также прошли без инцидентов, указали врачи.

Кэти Стабблфилд История пациента с трансплантацией лица

Остроумие Кэти Стабблфилд проявляется, когда она описывает свою операцию по пересадке лица.

«Самый длинный сон в моей жизни», — говорит она.

Тем, кто не знаком с все еще развивающимся речевым паттерном Кэти, может быть нелегко разобрать эти слова, но ее родители обычно готовы их интерпретировать. Робб и Алеся Стаблфилд были рядом с ней, помогая ей «сделать четыре шага вперед, два шага назад», как описывает это Робб, с тех пор, как 18-летняя Кэти перенесла тяжелую травму лица и серьезные осложнения от огнестрельного ранения, нанесенного себе в марте. 25, 2014.

Потребуется команда из 11 хирургов Кливлендской клиники и нескольких специалистов, чтобы провести третью операцию по пересадке лица в больнице — и первую полную пересадку лица — Кэти. В 21 год Кэти стала самым молодым человеком в США, перенесшим операцию по пересадке лица.

И действительно, она была обширной: Операция включала пересадку кожи головы, лба, верхних и нижних век, глазниц, носа, верхних щек, верхней челюсти и половины нижней челюсти, верхних зубов, нижних зубов, частичных лицевых нервов. , лицевые мышцы и кожа — 100 процентов ее лицевых тканей эффективно заменены.


Кэти Стаблфилд до пересадки лица в марте 2015 года и после в августе 2018 года. (Предоставлено Cleveland Clinic)

Несмотря на успех пересадки, путешествие Кэти еще далеко от завершения. В настоящее время она по-прежнему не может видеть; Итак, Кэти учит шрифт Брайля. Она также перенесла дополнительные операции, чтобы улучшить функцию языка и челюсти.

Но путь вперед — в колледж (она хотела бы стать консультантом или учителем), к независимости и к тому, чтобы ходить по улице, «и сливаться», как описывает это Кэти, — кажется наконец достижимым.

«Кэти получает второй шанс в жизни», — сказала Алеся.

Как сама Кэти сказала комитету по этике клиники Кливленда во время встречи, чтобы убедиться, что она готова к операции по пересадке лица: «Я не могу вернуться назад. Я должен идти вперед».

Кэти получила опасные для жизни тяжелые травмы в результате огнестрельного ранения. Однако когда через несколько минут прибыли медики, один из них крикнул: «Она жива. У нас есть пульс».

В то время как единственная пуля пронзила ее рот и носовую полость, выйдя из ее черепа между бровями, она чудесным образом только задела ткани ее мозга.


Кэти Стаблфилд до пересадки лица в марте 2015 года и после в августе 2018 года. (Предоставлено Cleveland Clinic)

На машине скорой помощи доставили в больницу в Оксфорде, штат Миссисипи, Кэти быстро интубировали эндотрахеальной трубкой и подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. Когда ее состояние стабилизировалось, ее за 22 минуты доставили на вертолете в больницу Мемфиса с травматологическим центром I уровня.

К тому времени, когда Робб и Алеся приехали на машине примерно через полчаса, Кэти уже была в операционной; это будет первая из более чем дюжины операций, которые ей предстоят в последующие годы.

«Хирурги были с нами очень деловиты. Никакого уныния и обреченности, но и никаких персиков и сливок. Один из них — пожилой джентльмен — сказал, что это был худший случай, который он когда-либо видел», — сказал Робб.

А затем врач употребил фразу, которую Робб никогда раньше не слышал за всю свою жизнь.

«Он сказал: «Если не считать пересадки лица, я просто не знаю».

«И я думаю: «Пересадка лица? Что это?»

Пять недель спустя, в начале мая 2014 года, Кэти доставили самолетом в Кливленд, штат Огайо, и госпитализировали в Кливлендскую клинику.

Робб и Алеся также сопровождали ее в Кливленд, и с тех пор они никуда не уезжали.

Вскоре после того, как Кэти оказалась в Мемфисе, появилась возможность перевести ее в клинику Кливленда — в конечном счете, для возможной пересадки лица. Воскресным утром семья встретила Брайана Гастмана, доктора медицины, который станет главным пластическим хирургом Кэти и членом команды по пересадке лица. Робб описал его как сгусток энергии, который пришел на их встречу с 3D-изображением головы Кэти.

«Я вижу внутри головы моего ребенка. Все. Площадь раны, ее костная структура. Это было увлекательно».


Клиническая группа Кэти использовала 3D-моделирование, чтобы восстановить ее челюсть. (Предоставлено клиникой Кливленда)

Они также узнали, что конечной целью является трансплантация лица, но это будет «где-то в будущем», — сказал Робб. Чтобы попасть туда, потребуется множество подготовительных процедур, в том числе операция по реконструкции челюсти с использованием кости ноги Кэти и металлического протеза.

Со временем, когда Кэти перенесла множество других операций, в ее жизнь вошли десятки других врачей и специалистов из других областей. Робб и Алеся вели постоянный список: Диетологи. Физиотерапевты. Эндокринологи. Специалисты по инфекционным заболеваниям. Нейрохирурги. Офтальмологи. Социальные работники. Биоэтики. Психиатры. Анестезиологи. Стоматологи. Фармацевты. Специалисты по внутренним болезням. Сосудистые хирурги. Десятки и десятки медсестер. И, конечно же, пластические хирурги.


(любезно предоставлено клиникой Кливленда)

На протяжении всего этого процесса ключевым специалистом была психиатр Кливлендской клиники Кэти Коффман, доктор медицинских наук.

Доктор Коффман консультировал всех трех пациентов Кливлендской клиники, перенесших трансплантацию лица, обычно начиная за год до операции и продолжая целый год или более после нее. Как она написала: «Трансплантация лица в сочетании с правильной психологической помощью может позволить (пациентам) восстановить свою личность, восстановить свои социальные контакты и, в конечном итоге, вернуться к жизни.

По мере того как Кэти приближалась все ближе и ближе к возможности полной пересадки лица, доктор Коффман осторожно задавал ей вопросы, чтобы убедиться, что Кэти действительно этого хотела.

Алеся хорошо помнит один из таких разговоров: Коффман говорил обо всех сопутствующих рисках. Кэти позволила ей закончить, а затем сказала: «Я все еще хочу это сделать, доктор Коффман».

‘Я хочу выйти в мир. И чтобы на тебя так не смотрели».

Кэти подписала форму согласия на операцию по пересадке лица в ноябре 2015 года.Пройдет еще 18 месяцев, прежде чем она будет физически и морально подготовлена, и тогда можно будет начать поиск подходящего донора.

Это окажется трудным процессом. Из-за небольшого роста Кэти и относительно молодого возраста количество потенциальных доноров было меньше. И даже меньше, потому что большинство доступных доноров — мужчины. Кроме того, другие органы донора, возможно, будут использоваться для других пациентов с более опасными для жизни состояниями, а это означает, что они могут иметь приоритет перед трансплантацией лица.

«Больше всего я беспокоюсь о том, чтобы найти для нее подходящего донора, действительно подходящего для нее», — сказал доктор Гастман в интервью за несколько месяцев до трансплантации.

За эти долгие месяцы перед операцией собралась команда Кэти. Фрэнк Папай, доктор медицинских наук, председатель Института дерматологии и пластической хирургии Кливлендской клиники, будет руководить хирургической бригадой вместе с Марией Семионов, доктором медицинских наук, бывшим директором отдела исследований пластической хирургии Кливлендской клиники.


В пересадке лица Кэти участвовали специалисты Кливлендской клиники по 15 специальностям.(Предоставлено клиникой Кливленда)

Пока ее основная команда готовила ее к операции, команда по пересадке лица провела множество практических операций, в некоторых из которых использовалась инновационная технология под названием HoloLens, автономная компьютерная гарнитура смешанной реальности, которая позволяла пользователю видеть голограммы 3D-изображений головы Кэти. Эта технология позволяет хирургам виртуально отрабатывать аспекты операции до входа в операционную.


Кихьюн Чо, доктор медицинских наук, член хирургической бригады по пересадке лица клиники Кливленда, использует HoloLens для предоперационного планирования операции по пересадке лица во время операции Кэти Стаблфилд. (Предоставлено клиникой Кливленда)

«Мы обсуждаем, обсуждаем и уважительно спорим о том, что мы должны или не должны делать для Кэти. Это очень сложно, и каждая пересадка лица уникальна», — сказал доктор Гастман. «Если что-то может увеличить риск для пациента, мы должны решить, действительно ли оно того стоит?»

С момента прибытия Кэти у команды была конечная цель трансплантации лица, поскольку реконструкция лица сама по себе не исправит уродство ее лица или не улучшит качество ее жизни.Таким образом, во время подготовительных операций хирурги смогли защитить любые потенциальные кровеносные сосуды, которые можно было использовать для трансплантации.


Кэти перенесла более 17 операций в клинике Кливленда. (Предоставлено клиникой Кливленда)

«Пластическая хирургия — это восстановление формы и функции», — сказал доктор Папай. «Функция предшествует форме, и до пересадки лица у Кэти было очень плохое функционирование и форма».

Пересадка лица была единственным способом изменить ее жизнь.

Прошло три года с того дня, когда Кэти приехала в Кливленд, когда врачи Кливлендской клиники получили вызов о потенциальном доноре. Этим донором в конечном итоге будет Кэти. Когда настал день операции, Кэти была готова. И начался ее «самый долгий сон».

В разные моменты 31-часовой процедуры Drs. Папай и Гастман выходили из хирургического кабинета, вооружившись фотографиями, сделанными во время операции, чтобы обсудить с Роббом и Алесией следующие шаги и варианты.

Как Др.Папай объяснил: «Мы были хорошо подготовлены. Но мы знали, что наш план игры может измениться посреди операции. Так и случилось. В итоге мы использовали больше лица донора, чем изначально планировали, и перешли к варианту Б примерно в середине операции», что увеличило бы риск, но улучшило бы как форму, так и функцию ее лица.


Доктор Фрэнк Папай просматривает предоперационные фотографии Кэти в операционной Клиники Кливленда. (Предоставлено клиникой Кливленда)

Алеся вспомнила, что сначала она была шокирована тем, что медицинские эксперты спросят ее мнение. Но в конечном итоге она оценила, что они с Роббом сыграли свою роль в взвешивании вариантов и принятии некоторых решений, поскольку выбор имел эстетические последствия, которые также увеличивали хирургические риски.

«Я все думала: «Как мы думаем, что хотела бы сделать Кэти?», — сказала Алеся. Роб добавил: «В какой-то момент кто-то сказал: «Кэти хотела бы, чтобы мы шли до конца». И это сработало. Мы знали, что должны делать».

В конечном счете, при выборе варианта Б врачи фактически заменили 100 процентов лицевых тканей Кэти на донорские, начиная от середины головы и заканчивая челюстью и декольте.Кроме того, ее верхняя челюсть и область под дном орбиты, а также две трети ее нижней челюсти являются костью от донора. Одна из самых сложных частей операции касалась ее сосудов, чтобы кровеносные сосуды оставались функциональными и в достаточной степени несли кровь по всему телу.

Включая пересадку лица, Кэти перенесла более 17 операций в клинике Кливленда. В совокупности эти процедуры дали ей возможность более эффективно дышать, жевать и глотать. Она также может использовать свое лицо, чтобы лучше выражать эмоции. В дополнение к значительному улучшению физических функций Кэти находится на пути к улучшению физиологических, психологических и социальных функций.

Поразмыслив год спустя, доктор Папай называет трансплантацию Кэти успешной. У нее не было никаких признаков отторжения или побочных эффектов от приема иммунодепрессантов, и серия последующих операций по тонкой настройке определенных областей (включая ее язык для улучшения речи) прошла, как и планировалось.

Помимо медицинских достижений, он уверен, что Кэти не была бы на пороге новой жизни, если бы не постоянная поддержка ее родителей, братьев и сестер и большой семьи. «В дополнение к физической травме, которую пережила Кэти, есть эмоциональная травма, которую они все пережили», — заявил доктор Папай. «Они настолько стойкие, насколько это возможно, и я горжусь ими так же, как горжусь Кэти».


Робб Стабблфилд, Кэти Стабблфилд и Алеся Стабблфилд в доме Рональда Макдональда в Кливленде, штат Огайо, где они живут уже четыре года. (Предоставлено клиникой Кливленда)

Говоря о трансплантации лица, врачи не уверены, что ждет в будущем эти типы операций, включая возможность трансплантации рук и трансплантации матки. На сегодняшний день большинство операций по пересадке лица в США оплачиваются в рамках программы грантов Института регенеративной медицины I Вооруженных сил США (AFIRM I), которая предназначена для улучшения лечения военнослужащих США, раненых на поле боя.

«Будут ли сторонние государственные и частные плательщики поддерживать этих пациентов, которые отчаянно нуждаются в трансплантации?» Др.— спросил Папай. «Ключом для (будущего) является источник финансовой поддержки в этих случаях».


Кэти Стабблфилд и ее мать Алеся Стабблфилд в доме Рональда Макдональда в Кливленде, штат Огайо. (Предоставлено клиникой Кливленда)

В заявлении, которое Кэти подготовила для средств массовой информации после завершения операции по пересадке лица, она выразила благодарность всем причастным. «Я всегда благодарна за заботу, которую эта больница оказала мне и продолжает предлагать на моем пути выздоровления и исцеления», — заявила она.«И моему донору и ее семье — словами не выразить мою признательность за этот невероятный дар. С благодарным сердцем я говорю спасибо всем, кто сделал это возможным для меня».


В будущем Кэти хочет помогать другим, возможно, став учителем или консультантом. (Предоставлено клиникой Кливленда)

Алеся считает, что во многом Кэти только начинает свой путь. «Я не знаю, как именно, но знаю, что Кэти будет помогать людям. Я чувствую в моем сердце, что она будет как мама.Я просто хочу, чтобы Кэти наслаждалась жизнью и приносила пользу обществу. И я хочу, чтобы она могла быть независимой».

Роб добавил: «Нам еще многое предстоит пройти. Но мы благодарны, что у нас есть дорога».

Связанные институты: Институт дерматологии и пластической хирургии

Кармен Бландин Тарлтон Пересадка лица

Кармен Бландин Тарлтон, сфотографированная до нападения 2007 года, в результате которого было сожжено более 80 процентов ее тела (слева), после нападения (в центре) и в феврале 2021 года, после второй пересадки лица.

Второй трансплантат

Первая трансплантация

  • Посмотреть и скачать видеозапись первой трансплантации
  • Посмотреть и скачать анимацию первой пересадки
  • Загрузить изображения до и во время первой трансплантации
  • Заявление семьи донора от 27 февраля 2013 г.
  • Заявление Кармен от 27 февраля 2013 г.
  • Информационный бюллетень
  • Заявление Министерства обороны
  • Комментарии доктора Богдана Помахача, пресс-конференция 1 мая 2013 г.
  • Заявление Кармен Бландин Тарлтон на пресс-конференции, 1 мая 2013 г.
  • Смотреть архив пресс-конференции, 1 мая 2013 г.

Кармен Бландин Тарлтон — 52-летняя мать двоих детей, недавно ставшая первым человеком в США.С., и второй в мире, получивший вторую пересадку лица.

Первая трансплантация лица Кармен стала результатом жестокого нападения ее бывшего мужа в июне 2007 года. Она была избита и облита промышленным щелоком, который сжег более 80 процентов ее тела.

Кармен была доставлена ​​по воздуху в женскую больницу Бригама, где ее ввели в медикаментозную кому. За три месяца она перенесла 38 операций. В течение следующих пяти лет Кармен перенесла 17 дополнительных операций, в том числе по восстановлению зрения.Несмотря на это, она осталась сильно изуродованной и официально слепой.

В декабре 2011 года ей была одобрена трансплантация лица, а в феврале 2013 года Банк органов Новой Англии определил донора, Шерил Денелли Райтер, которая умерла от внезапного инсульта. Кармен сделали полную пересадку лица в Brigham and Women’s Hospital.

В октябре 2019 года Кармен была внесена в список для второй трансплантации лица после того, как мелкие сосуды, снабжающие лицо кровью под кожей, со временем были повреждены в результате хронического отторжения ее первого трансплантата.Это привело к рубцеванию, стеснению и связанной с этим боли.

Работая с донорской службой Новой Англии, клиническая группа Бригама нашла подходящего донора, Кейси Лабри, которой было 36 лет, когда она умерла. Кармен перенесла вторую полную трансплантацию лица в июле 2020 года.

Автор и мотивационный спикер, Кармен взволнована будущим, движется вперед и начинает новую главу в своей жизни.


Служба загрузки только для новостных медиа
Только для загрузки в целях сообщения новостей.Однако ни при каких обстоятельствах фотографии или изображения любого пациента (или частей тела любого пациента), имя любого пациента или личность любого пациента не могут быть загружены или использованы или раскрыты для каких-либо целей без предварительного письменного разрешения Brigham and Women’s Hospital Media. Отдел отношений. Только уполномоченные представители новостных организаций, действующие в рамках своих служебных обязанностей, могут загружать разрешенные материалы с этого сайта. Если вы не связаны с новостной организацией и хотели бы получить разрешение на использование разрешенных материалов, обратитесь в отдел по связям со СМИ Brigham and Women’s Hospital по телефону [email protected] org

Dallas Wiens, первая полная трансплантация лица в США

Получатель трансплантации лица BWH Dallas Wiens обсуждает жизнь с новым лицом год спустя

В понедельник, 2 апреля, Даллас Винс, первый в стране реципиент полной пересадки лица, выступит перед СМИ на пресс-конференции в 11:00. ET в Brigham and Women’s Hospital. Винс обсудит со СМИ свой отцовский опыт после трансплантации, а также свои усилия, связанные со своим благотворительным фондом About Face Foundation.

Команда из более чем 30 врачей, медсестер, анестезиологов и ординаторов работала более 15 часов, чтобы заменить область лица пациента Dallas Wiens, включая нос, губы, кожу лица, лицевые мышцы и нервы, которые приводят их в действие и обеспечить сенсацию.

Согласие на пожертвование тканевого трансплантата с лица было получено сотрудниками Банка органов Новой Англии после бесед с семьей донора. Регистрация в качестве донора органов и тканей на водительских правах не принимается в качестве согласия на донорство лица; требуется согласие семьи.

Brigham and Women’s Hospital (BWH) — мировой лидер в продвижении и проведении этой жизненно важной процедуры. Программа трансплантации лица BWH поддерживается грантом Министерства обороны США (DoD) и активно ищет квалифицированных кандидатов на трансплантацию лица. Узнайте больше о программе хирургии лица в BWH и исследованиях, которые привели к прорыву.

По вопросам о гранте Министерства обороны обращайтесь к полковнику Джанет Харрис, [email protected]армия.мил

История трансплантации в BWH

Сегодня компания BWH признана одним из мировых лидеров трансплантологии.

В 1954 году команда BWH во главе с доктором Джозефом Мюрреем провела первую успешную трансплантацию донорского человеческого органа, почки, от одного брата к другому. В знак признания этого достижения доктор Мюррей получил Нобелевскую премию по медицине в 1990 году.

Первая трансплантация сердца в Новой Англии была проведена в BWH в 1984 году; в этом году в больнице успешно проведена 600-я трансплантация сердца.

Первая трансплантация сердца и легких в Массачусетсе была проведена в BWH в 1992 году

BWH также выполнил первую тройную трансплантацию органов и первую пятикратную трансплантацию легких в Соединенных Штатах в 1995 и 2004 годах соответственно.

В 2006 году BWH впервые в своей истории провела 100 трансплантаций почек за один год, а в 2008 году было проведено более 30 трансплантаций легких, что ставит BWH в число лучших больниц страны по объему.


Служба загрузки только для СМИ

Для скачивания только для новостей.Однако ни при каких обстоятельствах фотографии или изображения любого пациента (или частей тела любого пациента), имя любого пациента или личность любого пациента не могут быть загружены или использованы или раскрыты для каких-либо целей без предварительного письменного разрешения Brigham and Women’s Hospital Media. Отдел отношений. Только уполномоченные представители новостных организаций, действующие в рамках своих служебных обязанностей, могут загружать разрешенные материалы с этого сайта. Если вы не связаны с новостной организацией и хотели бы получить разрешение на использование разрешенных материалов, обратитесь в отдел по связям со СМИ Brigham and Women’s Hospital по адресу [email protected]

Как пересадка лица изменила жизнь молодой женщины

На эту историю трудно смотреть. Тем не менее, мы просим вас отправиться в удивительное путешествие по тому, как молодой женщине сделали пересадку лица, потому что это открывает нечто глубокое в нашей человечности. Наше лицо передает, кто мы есть, телеграфируя калейдоскоп эмоций. Это наша дверь в мир чувств, позволяющая нам видеть, обонять, пробовать на вкус, слышать и чувствовать ветерок. Мы наши лица? Кэти Стаблфилд потеряла свою, когда ей было 18 лет.Когда ей был 21 год, врачи сделали Кэти новое лицо. Это история о травме, идентичности, стойкости, преданности и удивительных медицинских чудесах.

Эта статья опубликована в сентябрьском выпуске журнала National Geographic за 2018 год.

Лицо лежит на хирургическом подносе, глаза пусты и ничего не видят, рот разинут, словно восклицая: «О!»

Шестнадцать часов назад хирурги в операционной 19 клиники Кливленда начали деликатную работу по удалению лица у 31-летней женщины, которая тремя днями ранее была признана умершей с юридической и медицинской точки зрения. Вскоре его отдадут 21-летней женщине, которая более трех лет ждала нового лица.

На мгновение лицо замирает в изумленном одиночестве.

Хирурги, ординаторы и медсестры, внезапно замолкшие, с трепетом смотрят на него, а персонал клиники, как необычайно вежливые папарацци, приближается с камерами, чтобы задокументировать это. Лицо, лишенное крови, бледнеет. С каждой секундой отстранения это больше похоже на посмертную маску 19-го века.

Фрэнк Папай, пластический хирург-ветеран, берет поднос, бережно неся его в руках в перчатках, и идет в операционную 20, где ждет Кэти Стаблфилд.

Вечером перед операцией Кэти, чье поврежденное лицо было реконструировано, жестами показывает, что она рада получить новое. Она разделяет беззаботный момент с Дайаной Доннарумма, подругой, которую она завела в доме Рональда Макдональда, и помощницей медсестры Карнии Уэйд.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Кэти станет самым молодым человеком, которому сделают пересадку лица в Соединенных Штатах. Ее трансплантация, третья и 40-я известная в мире, станет одной из самых обширных, что сделает ее предметом изучения этой все еще экспериментальной хирургии на всю жизнь.

Глядя на свое лицо, Папай чувствует своего рода благоговение. Удивительно, думает он, что одни люди готовы сделать для других — подарить им сердце или печень, даже лицо. Он произносит безмолвную благодарственную молитву и принимает лицо к следующей жизни.

Мы являемся членами эксклюзивной группы: животные, которые узнают свое лицо в зеркале. Помимо нас, человекообразные обезьяны, азиатские слоны, евразийские сороки и дельфины-афалины — единственные животные, которые, как известно, узнают себя.Дельфины в возрасте семи месяцев будут позировать, вертеться и смотреть прямо в зеркало, чтобы посмотреть на свое лицо. Известно, что только люди выражают тревогу, глядя на свое отражение.

Внимательно изучая собственное лицо на предмет морщин и изъянов, мы можем не заметить, каким чудесным органом является лицо. Наши лица — самая характерная часть нашего видимого тела, таинственная мозаика физического и психического. Лица — это трудоголики тела: они придают и подтверждают идентичность, выражают эмоции, сообщают смысл, выполняют основные функции, необходимые для жизни, и позволяют нам познавать мир через наши чувства.

Мы рождаемся в поисках лиц. Новорожденные поворачиваются к ним в первые минуты после выхода из утробы. Младенцы наблюдают, реагируют и имитируют наше выражение лица, как будто это их работа. И в некотором смысле это так. Это внимательное изучение лиц — это то, как мы все начинаем понимать любопытную сущность человека. Лица, с точки зрения эволюции, помогли нам стать социальными животными.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права.Несанкционированное использование запрещено.

Слева : Кэти Стабблфилд, реципиент трансплантата, 2013 г.

Фотография семьи Стабблфилд

Справа : Андреа Шнайдер, донор, 2017 г.

Фотография семьи Беннингтон

Посмотрите на мгновение в зеркало. Что ты видишь? Большинство из нас ответили бы: «Я сам».

Мой. Себя. Наши лица — это внешний образ, который мы прикрепляем к нашему внутреннему самоощущению, к тому, кто мы есть и какое место в мире мы занимаем. Лица укореняют нас в нашей культуре, в ритуалах и правилах того, как мы представляем себя и как мы видим других.В некоторых культурах лица завуалированы и скрыты. Другие культуры привлекают внимание к лицам с татуировками, пирсингом и шрамами. В современном мире лица часто представляют собой чистый холст, которым можно манипулировать с помощью косметической хирургии, инъекций и сложных техник макияжа, изученных на YouTube. Если мы позволим им стареть, наши лица расскажут историю нашей жизни. Они связывают нас с прошлым наших предков и с будущим наших детей.

На самом простом уровне идентичности наши лица функционируют как фото на паспорт для остального мира.Но они также помогают другим узнать нас глубже, узнать, кто мы за этой фотографией. «Внешность — самая публичная часть личности. Это наше таинство, видимое «я», которое мир считает зеркалом невидимого, внутреннего «я», — написала психолог Гарвардской медицинской школы Нэнси Эткофф в своей книге «: Выживание самых красивых».

Являются ли эмоции, которые мы выражаем с помощью наших лиц, эволюционной адаптацией или приобретенным социальным поведением — тема, горячо обсуждаемая социологами.Чарльз Дарвин утверждал в 1872 году, что выражение лица, отображающее некоторые эмоции, является универсальной адаптацией. В конце 1960-х годов психолог Пол Экман пришел к выводу, что Дарвин был прав. Люди в разных культурах распознают определенные выражения лица, связанные с основными эмоциями: гнев, отвращение, страх, радость, печаль и удивление.

Когда лицо донора почти полностью прикреплено, хирурги готовятся срезать лоб Кэти по линии, проведенной на ее коже. Чтобы пересадить лицо, они начали с ее шеи и прошли вверх, соединяя кровеносные сосуды, кости и нервы. Чтобы сшить сосуды и нервы, микрохирурги использовали швы размером с человеческий волос.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Хирург-резидент осторожно баюкает голову Кэти, чтобы она оставалась неподвижной, пока она находится в отделении интенсивной терапии после завершения 31-часовой операции. Чтобы защитить ее глаза, ее веки были зашиты. После завершения трансплантации Кэти все равно потребуются дополнительные операции и многие месяцы реабилитации.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Посмотрите еще раз в зеркало. Подумайте, что вы можете сделать с этим лицом. Вы можете целовать тех, кого любите, откусывать яблоко, петь и вздыхать. Чувствуется запах свежескошенной травы. Вы можете смотреть на своего новорожденного и касаться его щеки своей. Помимо показа (или не показа) наших эмоций, лица улучшают нашу способность общаться с помощью языка. Мы улыбаемся, морщим носы, подмигиваем, гримасничаем, во время разговора изображаем бесчисленные выражения, часто даже не осознавая этого.

А теперь представьте, что скрывается под этим удивительным лицом. У нас есть 43 мимические мышцы для выражения эмоций и членораздельной речи. У нас есть четыре основные мышцы на каждой стороне лица, которые двигают челюсти, и сложные языковые мышцы, которые помогают при глотании и речи. Лицо также состоит из слоев кровеносных сосудов, чувствительных и двигательных нервов, хрящей, костей и жира. Черепные нервы контролируют двигательные мышцы и передают сенсорную информацию в мозг, позволяя нам видеть, обонять, пробовать на вкус, слышать и чувствовать кожу.

Вернитесь к зеркалу еще раз. Посмотри на свое невероятное лицо.

Представьте, что значит потерять его.

1 год, 1 день до трансплантации Кэти Воспользовавшись солнечным весенним днем, Кэти и ее родители, Робб и Алеся Стаблфилд, вздремнули в парке возле клиники Кливленда. Вместе с Кэти в инвалидном кресле они втроем исследовали парк, бродя среди цветущих деревьев и поющих птиц. Прогулка состоялась после того, как Кэти провела месяц в больнице.Чтобы изменить положение глаз, ей сделали операцию по имплантации так называемого отвлекающего устройства. За три года до трансплантации Кэти госпитализировали более дюжины раз.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Доктор спросил, выдержит ли Кэти. Она была такой крошечной. Всего 105 фунтов. Даже если она выживет, хватит ли тканей, чтобы восстановить ее лицо?

Мы используем наши лица, чтобы целоваться, говорить, выражать свои эмоции.Что бы мы делали без лица? Следите за невероятным путешествием семьи Кэти Стаблфилд, пока они ждут донора для пересадки лица. Смотрите полный фильм здесь.

Кэти было всего 18 , когда она потеряла лицо. Это лицо сейчас существует только на фотографиях. В жестоком перевороте преображений реалити-шоу и Instagram «до и после» ее фотографии «до» показывают девушку с широкой улыбкой и безупречной кожей, девушку настолько молодую и красивую, что она могла бы уйти с обложки . Журнал Seventeen .

Эти фотодоказательства не убедили Кэти. «Я никогда не считала себя красивой», — сказала она мне однажды, через несколько месяцев после нашей встречи. Ее мать, Алеся, не удивилась, услышав это. Кэти была перфекционисткой, она сказала: «У Кэти большое сердце для других людей, но она всегда была так строга к себе». Когда я снова посмотрел на фотографии, я увидел намек на хрупкость в ее лице, мерцание цены совершенства.

Кэти была неуемной маленькой девочкой, как сказала мне ее старшая сестра Оливия Маккей.«Она была бесстрашной, очень бесстрашной и очень веселой». У нее развилось быстрое, саркастическое чувство юмора, черта, которую она разделяла со своим братом Робертом. Но по мере того, как она становилась старше, заметила Оливия, Кэти оказывала огромное давление на себя, чтобы добиться чего-то. «Она хотела быть лучшей во всех этих видах спорта, которыми она никогда раньше не занималась», — сказала Оливия. «Она хотела быть лучшей в учебе. Она училась часами, все время».

Когда Кэти училась в старшей школе, семья сделала два крупных переезда. На втором курсе они переехали из Лейкленда, штат Флорида, где она выросла, в Оуэнсборо, штат Кентукки.Она только что обустроилась, когда год спустя они снова переехали в Оксфорд, штат Миссисипи. Ее отец Робб, который был священником и педагогом, и Алеся устроились преподавать в небольшой христианской школе. Кэти поступила в младшие классы и влюбилась в одноклассника. Они начали говорить о свадьбе. «Это было так серьезно для такого юного возраста», — сказала Оливия. «Она просто так быстро выросла в том году». После движений она сказала: «Я думаю, что она была готова к некоторой стабильности и последовательности».

Она их не получила.В старшем классе мир Кэти рухнул. Она уже боролась с хроническими желудочно-кишечными проблемами и операциями. За год до этого ей удалили аппендикс, а осложнения привели к удалению желчного пузыря в январе последнего года обучения. Два месяца спустя, как рассказали мне Стабблфилды, директор школы сообщил им, что не будет продлевать их контракты, а затем внезапно уволил Алесю. Кэти, доверившаяся директору, почувствовала себя преданной.

Затем, 25 марта 2014 года, Кэти взяла телефон своего парня и нашла сообщения другой девушке.Когда она столкнулась с ним, рассказала мне ее семья, он расстался с ней.

Обиженная и злая, Кэти отправилась к Роберту в Оксфорд, где яростно писала сообщения и ходила туда-сюда. Роберт позвонил их матери. Пока они болтали снаружи о том, как расстроена Кэти, она пошла в ванную, положила ствол охотничьего ружья Роберта 308-го калибра себе под подбородок и нажала на курок. Когда Роберт выбил запертую дверь, он обнаружил свою младшую сестру в крови. «И ее лицо исчезло», — вспоминал он, все еще потрясенный воспоминанием.

1 год, 2 дня до трансплантации Кэти Во время одной из госпитализаций Кэти Алеся моет и утешает ее после еды. Кэти пила из чашки-непроливайки, потому что без губ ей было трудно удерживать жидкость от вытекания. Чтобы приблизить ее глаза, каждый день приходил врач и регулировал дистракционное устройство, которое было прикреплено к ее верхней челюсти, кости в центре лица.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Роберт, брат Кэти, дразнит ее во время посещения квартиры семьи в доме Рональда Макдональда. Кэти была у Роберта и воспользовалась его охотничьим ружьем, когда пыталась покончить с собой. Роберт, который ее нашел, чрезвычайно близок со своей младшей сестрой.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права.Несанкционированное использование запрещено.

Налево : 9 месяцев, 21 день до трансплантации Кэти Кэти кормят супом на обед. Из-за ее ограниченного зрения ей было трудно найти рот. В этот день ей не разрешали есть твердую пищу из-за недавней операции. Врачи сняли дистракционное устройство, которое переместило ее глаза в лучшее положение.

Справа : 6 месяцев, 3 дня до пересадки Кэти Кэти встречается с первыми двумя реципиентами лица в клинике: Шоном Фиддлером и Конни Калп.Они предлагали ей утешение, а также юмор. «Бояться — это нормально, — сказал Фиддлер. «Будет лучше. Просто нужно время». Калп пошутил: «Не волнуйтесь. Только морщин не будет!»

Фотографии Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Слева : 6 месяцев, 4 дня до трансплантации Кэти В кабинете для осмотра Кэти держит прибор для измерения остроты своего зрения.Роберт Энгель, оптометрист Кливлендской клиники, осматривал ее роговицу. Он также заменил смещенную контактную линзу для одного глаза; линзы помогают защитить ее роговицу от ссадин, вызванных загнутыми внутрь ресницами.

Правильно : 6 месяцев, 1 день до трансплантации Кэти. Отмечая 21-й день рождения Кэти, мать говорит ей загадать желание и задуть свечу. Семья ходила в рестораны, хотя Кэти иногда слышала, как люди шепчутся о ее лице. Это расстроило ее, но она сделала вид, что не слышит.Она хотела сказать им: «Мне было больно, но я выздоравливаю».

Фотографии Мэгги Стебер

Пуля была опасным вором. Чтобы оценить, что он украл у Кэти, поднесите руки к лицу ладонями наружу, большие пальцы касаются под подбородком, а указательные пальцы касаются межбровья. Твои руки обрамляют ту часть лица Кэти, которую она потеряла. Исчезла часть ее лба; ее нос и пазухи; ее рот, кроме уголков губ; и большая часть ее нижней и верхней челюсти, кости, составляющие челюсти и переднюю часть лица.Глаза у нее остались, но они были косые и сильно повреждены.

Так Кэти прибыла более чем через пять недель в клинику, основанную в Кливленде, штат Огайо, в 1921 году четырьмя врачами, трое из которых служили вместе во время Первой мировой войны и вернулись домой вдохновленные военной моделью работа в команде специалистов. В Мемфисе, штат Теннесси, где впервые прооперировали Кэти, врачи, несмотря ни на что, спасли ей жизнь, но их попытка закрыть зияющую рану тканевым трансплантатом из живота не сработала.

Брайан Гастман, первый врач клиники, увидевший Кэти, поднял ее на каталку и спросил, выдержит ли она это. Она была такой крошечной. Всего 105 фунтов. Даже если она выживет, он не был уверен, что у нее хватит тканей для всей необходимой ему реконструктивной работы. «Это было не здорово, — сказал он. «Ее мозг был в основном обнажен, и я имею в виду, что мы говорим о судорогах, инфекциях и всевозможных проблемах. Забудьте о пересадке лица; мы говорим о том, чтобы просто быть живым».

За 27 лет обучения и практики, по словам Гастмана, это была одна из самых тяжелых травм лица, с которыми он когда-либо сталкивался. Помимо раны на лице, у нее была черепно-мозговая травма от сотрясения пулей лобной доли, зрительного нерва и гипофиза. Повреждение ее гипофиза привело к нарушению уровня гормонов и натрия, что может быть смертельным. Взяв на себя заботу о Кэти, Гастман организовала междисциплинарную команду из 15 специалистов для решения всех ее проблем, от эндокринологии до психиатрии.

6 месяцев, 1 день до трансплантации Кэти Вечером перед трансплантацией Стабблфилды наслаждаются ужином на свежем воздухе в ресторане Angelo’s Nido Italia, любимом местными жителями Маленькой Италии Кливленда.Робб и Алеся стараются проводить с Кэти как можно больше времени в рамках своего ограниченного бюджета. До трансплантации она часто носила хирургическую маску, чтобы люди не смотрели на нее. Хотя Кэти не может видеть, как люди реагируют, она слышала, как люди комментируют ее внешний вид.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Гастман, которому 48 лет, производит впечатление, что он всегда опаздывает, утверждая, что у него синдром дефицита внимания. Если бы он не шутил, это имело бы смысл, учитывая его многочисленные роли. Он специализируется на раке головы, шеи, кожи и раке мягких тканей высокого риска. Как пластический хирург, он удаляет опухоли и делает последующие реконструкции. Он также является одним из руководителей программы по меланоме и раку кожи высокого риска и руководит собственной исследовательской лабораторией.

Робб, Алеся и Кэти часто говорят, что Гастман любит Кэти как дочь. Я спросил его об этом. Вопрос заставил его чувствовать себя неловко, и он помедлил, прежде чем ответить.«Начнем с того, что я не обидчивый человек, будь то члены моей семьи или Кэти», — осторожно сказал он. «Но я чувствую большую ответственность перед ней. Это моя жизненная миссия. С кем-то вроде нее, такой молодой, это вершина. Вот чему должны быть посвящены мои тренировки».

— Кэти любит доктора Гастмана, — сказала Алеся, — но она по-стариковски влюблена в доктора Папая. Папай, которому 64 года, возглавляет Институт дерматологии и пластической хирургии клиники. Он действует как учтивый контрапункт Гастману с его серебристо-седыми волосами и жизнерадостными манерами.Его годы работы с пересадкой лица также делают его голосом опыта и мудрости в команде клиники по пересадке лица.

Папай изучал биомедицинскую инженерию до поступления в медицинский институт; его обучение научило его «работать от неудачи», предвидя потенциальные проблемы и разрабатывая решения. Папай сказал мне, что он тяготел к пластической хирургии, потому что это касается не только формы, но и функциональности. «Все думают, что мы косметологи, хирурги-парикмахеры, а мы занимаемся подтяжкой лица и увеличением груди», — сказал он.«Но в пластической хирургии, а теперь и в пересадке лица, мы новаторы — ребята, мы все исправим».

В ходе множества операций Гастман и команда специалистов стабилизировали Кэти и зашили ей лицо. Они удалили и восстановили сломанные кости. Чтобы создать носовой проход и защитить ее мозг, Гастман сделала рудиментарный нос и верхнюю губу из ткани ее бедра, вывернутой наизнанку. Для подбородка и нижней губы он использовал кусок ее ахиллова сухожилия. Врачи изготовили новую нижнюю челюсть из титана и часть ее малоберцовой кости с все еще прикрепленной плотью, используя в качестве ориентира 3D-модель, сделанную на основе сканирования челюсти Оливии.Чтобы сблизить глаза Кэти, они прикрепили к ее черепу отвлекающее устройство, настраивая его день за днем. Это была сложная работа, и Гастман гордился ею.

Кэти никогда не видела этого лица, но узнала его на ощупь — изогнутая трубка плоти в центре, выпуклый подбородок. Она знала, что ее глаза выглядели так, как будто кто-то схватил ее за щеки и дернул вверх с одной стороны и вниз с другой.

Она назвала это лицо, второе в своей молодой жизни, Шрек.

9 месяцев, 22 дня до трансплантации Кэти В отеле Tudor Arms в Кливленде Кэти и ее отец поют «Говорил ли я тебе в последнее время, что люблю тебя?» как они разделяют танец. «До этого я никогда не проводила так много времени со своими родителями», — сказала Кэти, которая считает, что их любовь и преданность помогли спасти ей жизнь. «Мы все еще разбиты из-за всего этого? Боже мой, да, — сказал Робб. «В жизни случаются вещи, которые разбивают нас на куски, но я думаю, что это то, к чему мы идем оттуда».

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права.Несанкционированное использование запрещено.

Для Кэти 2014 год был потерянным. Она ничего не помнит о своей попытке самоубийства или последовавших за ней операциях. Родителям пришлось рассказать ей о случившемся. Это потрясло ее. «Я никогда раньше не думала об этом, и, услышав об этом, я просто не знала, как с этим справиться», — сказала она мне. «Я чувствовал себя настолько виноватым, что причинил моей семье такую ​​боль. Я чувствовал себя ужасно».

Стаблфилды так и не вернулись в Оксфорд. Робб и Алеся переехали в дом Рональда Макдональда рядом с клиникой, в комнату размером с однокомнатную квартиру с импровизированной кухней.Кэти имела право на участие в программе Medicaid, и клиника оплачивала большую часть ее ухода за счет федерального финансирования для изучения трансплантации лица. В повседневной жизни Стабблфилды существовали за счет доброты других — семья и друзья давали им деньги, проводили сборы средств и запускали онлайн-кампании. Робб подрабатывал случайными заработками, красил дома или работал охранником.

Кэти стала их постоянной работой. Всякий раз, когда она была в больнице, один из них почти всегда был с ней, днем ​​и ночью. Когда ее не было в больнице, их дни были заполнены визитами к врачу, реабилитационными сеансами и поиском чего-то нового, что могло бы ей помочь.Иглоукалывание. Массаж. Хиропрактик. Персональный тренер. Диетолог. Музыкальная терапия. Духовные и целительские услуги. Они искали информацию в Google, размещали обновления для друзей на странице Facebook и использовали календарь, чтобы отслеживать свое расписание.

Через два года после того, как Кэти поступила в клинику, я встретил ее и ее родителей в приемной отделения пластической хирургии, большой солнечной комнате, которая является одним из многих странных перекрестков современной американской медицины. Здесь пациенты со значительными уродствами лица и шрамами ждут приема вместе с накрашенными и сияющими клиентами, которые приходят на инъекции ботокса и консультации по подтяжке лица.

Кэти приехала в инвалидной коляске, которую толкал ее отец. Она носила хирургическую маску на нижней половине лица и яркий платок на голове. Она выглядела маленькой и уязвимой, хотя вскоре я узнал, что это не так. Она взяла меня за руку и поздоровалась, и, пока мы болтали, я увидел, что, по крайней мере, в этом пространстве ей было совершенно комфортно. Может потому, что она не выделялась. Так или иначе, все там были недовольны своим лицом.

Когда я навещал семью в доме Биг-Мак, как его называет Робб, Кэти почти всегда сидела в кресле, откинувшись назад и укрывшись флисовыми одеялами.Алеся безостановочно ухаживала за ней, раздавая лекарства, принося ей воду в детской поильнике, растирая руки и ноги ароматическими лосьонами, нагревая тапочки и маски для глаз в микроволновке.

Кэти обычно пассивно слушала разговор, но иногда вставляла комментарий или шутку, давая мне возможность взглянуть на забавную Кэти, которую часто описывала ее семья.

Однажды мы говорили о религии, которая занимает центральное место в их жизни. То, что случилось с Кэти, немного пошатнуло их веру, но не убило ее.Это также не разрушило их брак — обычное последствие, когда ребенок умирает или у него серьезные проблемы со здоровьем. Там, где Алеся эмоциональна, Робб склонен к интеллектуальному дискурсу. У него густая борода, подчеркивающая его мудрые манеры, а когда Алеся загорается, он смотрит на нее с нежной улыбкой.

В тот день Алеся рассказывала мне о своем крайне консервативном христианском воспитании. Ее церковь не позволяла пить, и в зрелом возрасте Алеся обнаружила, что любит вино и хороший коктейль.»Ты можешь в это поверить?» она сказала. «Я не выпивал свою первую рюмку, пока мне не исполнилось 43 года!»

Кэти оживилась. «Я впервые выпила, когда мне было 14 лет, — сказала она.

Это было новостью для Алесии и Робба, которые смеялись, как родители, которые думают: «Что ты можешь сделать?» — О, Кэти, — ласково сказала Алеся.

После того, как Кэти больше года ждала очереди на трансплантацию, донор был найден. Сандра Беннингтон плачет, говоря об Адреа, своей внучке. Сандра согласилась подарить лицо Адреа после того, как та не смогла оправиться от передозировки наркотиков.У Андреа была тяжелая жизнь, сказала Сандра. Ее мать, дочь Сандры, употребляла наркотики, а у Андреа в организме были наркотики. Перед смертью Андреа проходила реабилитацию от наркозависимости и воссоединилась с Сандрой. «Она могла прийти и навестить, и мы бы смеялись и вели себя глупо и, знаете ли, как сестры».

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Сандра Беннингтон, бабушка донора, объясняет свое решение.

Однажды вечером Алеся сказала мне, что их положение все еще кажется нереальным.Она никогда не беспокоилась о том, что Кэти попадет в беду. Кэти была чувствительной и меланхоличной, да, но у нее также было язвительное чувство юмора. В ночь перед тем, как застрелиться, она в шутку отказалась убирать после ужина, взяла куклу-ягненка и сказала мультяшным голосом: «Это ба-а-а-а-а-а».

Какие подсказки она упустила? Алеся часто погружалась в спирали вины и горя, чувствуя, что подвела свою дочь. Она цеплялась за одну вещь, которую ей сказала Кэти Коффман, клинический психиатр.Попытка самоубийства — Алеся почти всегда называла ее «несчастным случаем» — была импульсивным поступком. Пять минут спустя или пять минут раньше, а Кэти могла и не схватить винтовку.

«Это был один момент, — сказала мне Алеся. «Один момент, 20 секунд изменили нашу жизнь».

Хирурги Франк Папай (справа) и Раффи Гурунлуоглу удаляют лицо донора. Операционная часто была заполнена хирургами, специалистами, медсестрами и ординаторами, которые наблюдали. Изображения Кэти Стаблфилд на стене позади команды напоминают им, что поставлено на карту.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Совсем недавно, в 2004 году, лицо, которое Кэти назвала Шреком, было лучшим, что даже самые опытные реконструктивные пластические хирурги могли сделать для пациентки с такими тяжелыми травмами, как она. Кэти прожила бы остаток своей жизни, скрывая свое лицо хирургическими масками и шарфами, слушая испуганный шепот незнакомцев, когда выходила на улицу, и изо всех сил пытаясь говорить и есть.

Эта мрачная судьба изменилась в 2005 году, когда французские хирурги провели первую в мире частичную пересадку лица. Но именно ученый из Кливлендской клиники впервые применил эту процедуру, проведя многолетние исследования, чтобы продемонстрировать, что лица, как сердца и руки, могут быть пересажены.

В клинике говорят: у трансплантатов лица много отцов, но только одна мать. Усилиями клиники руководила Мария Семенова, элегантный и сдержанный врач, родившаяся и получившая образование в Польше.Семенов, приехавший в клинику в 1995 году, первым в мире получил официальное одобрение учреждения на проведение новаторской операции на людях в 2004 году. Четыре года спустя команда хирургов клиники, включая Семенова, завершила первую операцию. пересадка лица в США.

Пока хирурги удаляют лицо донора в одной операционной, хирурги в соседней планируют, какие части лица Кэти они планируют удалить. Пока хирурги работают над удалением лица донора в одной операционной, хирурги в соседней планируют, какие части лица Кэти они планируют удалить.Пока хирурги работают над удалением лица донора в одной операционной, хирурги в соседней планируют, какие части лица Кэти они планируют удалить. Пока хирурги работают над удалением лица донора в одной операционной, хирурги в соседней планируют, какие части лица Кэти они планируют удалить.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Главные врачи Кэти, Брайан Гастман (сзади) и Фрэнк Папай (в центре), планировали провести частичную трансплантацию, сохранив ей щеки, брови и лоб.Но по ходу операции они поняли, что она могла бы выглядеть лучше после полной трансплантации, потому что лицо донора было больше и темнее по тону кожи. Чтобы показать родителям Кэти, как это будет выглядеть, Гастман и Папай фотографируются с новым лицом.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Выходя из операционной, Папай, сидящий рядом с Алесией, и Гастман, рядом с Роббом, показывают фотографии Кэти, которые они только что сделали, и обсуждают преимущества и риски использования всего лица донора.Полная трансплантация выглядела бы лучше, помогая Кэти чувствовать себя более комфортно в социальных ситуациях. Но пересадка такого количества кожи может увеличить риск отторжения. Робб и Алеся решили, что Кэти захочет выглядеть как можно лучше.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Врачи консультируются с родителями Кэти.

Сейчас в Иллинойсском университете в Чикаго Семенова рассказала мне, что впервые задумалась о пересадке лица в 1985 году во время благотворительной миссии в Мексику.Она оперировала там детей, которые были так сильно обожжены, что их пальцы срослись.

«Подсознательно я начал думать, если мы можем что-то сделать для их рук, то что делать с их обожженными лицами?» она сказала мне.

Врачи занимались пересадкой внутренних органов с тех пор, как в 1954 году была проведена первая успешная трансплантация почки. В конце 20-го века появилась васкуляризированная композитная аллотрансплантация — термин для трансплантации лица, рук и других частей тела, не являющихся цельными органами.Но представление о том, что лица можно пересаживать, для многих оставалось надуманным.

Большинство в медицинском мире насмехались, сказал мне Гастман, но Семенов продолжал, проведя сотни экспериментов. Она проверила хирургические методы и образцы швов при анастомозе — соединении двух сосудов или нервов — и разработала новые иммуносупрессивные стратегии для предотвращения отторжения сложного разнообразия тканей, составляющих лицо. Она была первой, кто сообщил об успешной пересадке лица животного, когда она прикрепила новое лицо к крысе.Крысы выглядели поразительно, с лоскутными мордами из светлого и темного меха. Семенова назвала одну белую крысу Зорро за ее маскоподобный вид после того, как она пересадила ей коричневое лицо.

«Даже мои друзья говорили: «Мария, ты зря тратишь время», — сказал мне Семенов.

Пока Семенова проводила свои исследования, идея трансплантации лица начала получать признание. В британском медицинском журнале Lancet в 2002 году была опубликована статья под названием «Трансплантация лица — фантастика или будущее?» «Концепция может шокировать», — пишут авторы.Тем не менее, за трансплантацией лица, вероятно, будущее, заявили они, и, вероятно, она также может стать обязанностью хирургов, лечащих сильно обезображенных пациентов.

Специалисты по этике высказали свое мнение, многие утверждали, что трансплантация лица, как и трансплантация руки, не спасает жизнь и подвергает пациентов слишком большому риску только для того, чтобы облегчить их жизнь.

Предложение о пересадке видимых частей тела также влекло за собой огромный «фактор гадости» — термин, который биоэтики фактически используют для описания сильной эмоциональной реакции населения на биотехнологические инновации. Ведь пересаженное сердце никто не видит, даже сама пациентка. Пересаженное лицо несет в себе отголоски триллера 1997 года Face/Off, , в котором агент ФБР Джон Траволта меняет лица с террористом Николасом Кейджем.

Папай следил за исследованиями Семенова и предлагал поддержку. Как только он стал председателем института пластической хирургии, он сказал мне: «Я пошел к ней и сказал: «Давай сделаем это».

«Это происходит сейчас!» — сказал Гастман, ворвавшись в комнату Кэти утром 4 мая 2017 года.Он не спал почти всю ночь, пил диетическую колу, чтобы не заснуть, пока делал последние приготовления. Войдя в комнату, заполненную друзьями и семьей Кэти, он почувствовал себя так, словно вышел на спортивную площадку, пройдя через туннель стадиона.

Два крошечных уголка слева от губ Кэти приподнялись в намеке на улыбку. Наконец-то у нее появилось новое лицо. Прошло более трех лет с момента ее травмы, более года с тех пор, как ее имя было добавлено в список ожидания, который ведет United Network for Organ Sharing, подрядчик U. С. Министерство здравоохранения и социальных служб.

Гастман сказал Кэти, что она делает это не только для себя, но и для таких же, как она, в будущем. «Вы помогаете сделать эти реконструкции реальностью, и они будут только улучшаться», — сказал он. «Каждый случай мы узнаем так много. И с вашим случаем мы справимся намного лучше, чем сделали 39 операций по пересадке лица назад, потому что мы так многому научились».

Страховые компании, Medicare и Medicaid не оплачивают трансплантацию лица, потому что она все еще считается экспериментальной.Но Американское общество реконструктивной трансплантации подготовило почву для страховых выплат, предложив руководящие принципы определения медицинской необходимости. Министерство обороны сделало трансплантацию Кэти возможной через Институт регенеративной медицины вооруженных сил (AFIRM), который также поддерживает трансплантацию рук.

Консорциум военных и частных учреждений, созданный в 2008 году, имел бюджет в размере 300 миллионов долларов, из которых 125 миллионов долларов поступили от военных, а остальные – из других источников. Это ускорило трансплантацию и другие инновационные исследования в области регенерации тканей и костей, а также новых иммуносупрессивных методов лечения. Иоахим Кон, один из первых руководителей исследовательских проектов AFIRM, рассказал мне, что инициатива была запущена после Второй битвы за Эль-Фаллуджу, самого кровопролитного конфликта войны в Ираке. «Сотни сильно обгоревших и искалеченных военнослужащих вернулись в Америку», — сказал он. В документе, опубликованном в 2015 году, сообщается, что 4000 военнослужащих, участвовавших в войнах в Ираке и Афганистане, получили травмы лица, около 50 из которых считаются катастрофическими.

Клиника Кливленда получила 4,8 миллиона долларов, из которых 2 миллиона долларов предназначены для исследований в области трансплантации лица. До сих пор никому из военнослужащих не делали трансплантацию лица, хотя Семенова сказала, что она брала интервью у кандидатов. Она сказала мне, что они решили не доводить дело до конца. «Они очень крутые люди, — сказала она. «Они считают раны честью. Они хотят быть развернутыми». Трансплантация лица, требующая пожизненной иммуносупрессии, запретила бы это.

В 21 год Кэти с лицом, серьезно изуродованным в результате баллистической травмы, была самой близкой к Пентагону заменой своих раненых воинов.Но прежде чем Кэти смогла стать добровольным объектом исследования на людях, Гастман, Папай и другие сотрудники клиники потратили много часов, объясняя Стабблфилдам, что новое лицо будет означать для Кэти. Семья ничего не слышала о пересадке лица, пока врач из Мемфиса не рассказал им о работе клиники.

Восстановление функции — способности есть, говорить, дышать носом, моргать — гораздо важнее внешности, сказал мне Папай. Это дало мне возможность поднять неловкую тему.Многие пациенты с трансплантацией лица выглядят не очень хорошо. Их лица выглядят немного застывшими, похожими на маски и немного не в порядке.

«Я груб или слишком критичен?» Я попросил.

«№. Я думаю, вы честны. Думаю, вы правы, — сказал он. «Они никогда не будут выглядеть так, как раньше, ясно? И поэтому они выглядят презентабельно на публике, но выглядят ли они так же, как раньше? Нет. Они выглядят лучше, чем их уродство, но насколько это изменчиво».

Вскоре после операции Робб, Алеся и брат Кэти, Роберт, впервые смотрят на новое лицо Кэти, пока она находится под действием успокоительного в отделении интенсивной терапии.Стоя у ее постели, они шепчутся друг другу о ее внешности. Позже Робб сказал, что ему показалось нереальным увидеть свою дочь с третьим лицом в ее жизни. Алеся подумала, что выглядит очень хорошо, не так опухла, как она ожидала, но она также задалась вопросом: «Где Кэти?» Роберт отметил новую особенность: ямочка на ее подбородке.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Левый : В молодости у Кэти было три лица: то, с которым она родилась, то, которое хирурги клиники Кливленда создали из плоти ее бедра и части ахиллова сухожилия, и то, которое она получил от Андреа Шнайдер после того, как бабушка Андреа согласилась пожертвовать свое лицо для трансплантации.

Фотография из клиники Кливленда

Справа : 1 год, 29 дней после трансплантации Кэти Кэти может закрывать глаза, морщить нос, морщить губы и, как говорит Гастман, «у нее продолжается улыбка.С тех пор хирурги скорректировали ее нижнюю челюсть и, вероятно, сделают ее лицо стройнее, уменьшат шрамы и улучшат ее веки. Со временем ее лицо будет продолжать восстанавливать функции. «Это не похоже на мое обычное лицо, — сказала Кэти, — но затем часть меня думает: «Это мое лицо». Теперь это мое лицо».

Фотография Мартина Шёллера

Алеся подумала о том, что Кэти сказала ей накануне вечером: «Я хочу выйти и стать лицом в толпе, на которое никто не смотрит».

Управление По словам Папая, ожидания относительно того, как они будут выглядеть, являются одной из самых больших проблем для команды.«Вы должны быть предельно честными, до ошибки, предельно реалистичными и предельно прозрачными. А если нет, то вы на самом деле делаете что-то ужасное для меня».

Коффман, психиатр, который работал со всеми тремя пациентами, перенесшими трансплантацию лица в клинике, помогает отбирать кандидатов на процедуру, убеждаясь, что они психологически стабильны, понимают все риски и неизвестность, им можно доверять придерживаться режима приема лекарств, и они действительно могут дать информированное согласие.У Коффмана спокойная терапевтическая манера, и он особенно защищает Кэти, навещая ее каждый день, когда она находится в больнице.

Попытка самоубийства усложняет дело, сказал Коффман, рассказывая мне об одном из первых пациентов, перенесших трансплантацию, человеке, который выстрелил себе в лицо. Трансплантация, проведенная парижской командой во главе с Лораном Лантьери, прошла успешно. Мужчина выглядел хорошо. Но примерно через три года после операции он покончил с собой. «Это было довольно разрушительно для всей команды», — сказал Коффман.«Доктор. Лантьери высказывал на конференциях мнение, что он не стал бы делать еще одну пересадку лица тому, кто был склонен к суициду в качестве причины».

Это привело нас к Кэти. «Это налагает на вас огромное бремя, чтобы понять, попытается ли Кэти повторить это снова, не так ли?» — спросил я Коффмана. — Да, — ответила она. Но она указала, что Кэти действовала импульсивно и до того дня не подавала никаких признаков того, что думала о самоубийстве. «Я думаю, что она была очень стабильной», — сказала она мне. «Она принимала лекарства.С тех пор она никогда не озвучивала суицидальных мыслей. Она вообще очень оптимистичный человек».

В рамках протокола информированного согласия Кэти Коффман и другие описали риски. Одним из самых больших является потенциал для отказа. Лица более рискованны, чем трансплантация паренхиматозных органов, поскольку они включают в себя многие виды тканей, включая мышцы, нервы, кровеносные сосуды, кости и кожу. Кэти придется взять на себя пожизненное обязательство принимать сильнодействующие иммунодепрессанты, что также увеличит риски, сделав ее гораздо более уязвимой для инфекций и болезней, особенно лимфом, других видов рака и диабета.

В 2016 году на конференции в Париже Коффман услышал, как член известной команды по пересадке лица призвал к мораторию. Пациенты испытывали больше трудностей с лекарствами против отторжения, чем ожидалось, и им требовалось больше повторных операций. Уровень смертности также вызывал беспокойство: из 36 трансплантаций в то время умерло шесть пациентов. Когда Коффман вернулся, она предположила, что Кэти, возможно, захочет подождать пять лет. «Она была довольно непреклонна в том, что знает риски, понимает смертность», — сказал Коффман, но также отметил ее молодость.«Это тот золотой век, когда ты не всегда думаешь, что смертность повлияет на тебя».

Снова и снова Коффман и другие объясняли Кэти и ее родителям, что операция была экспериментальной и, поскольку она не нуждалась в операции, чтобы жить, это была плановая операция. Но Кэти не считала его выборным.

В 7:30 в ОР-20 собрались 11 хирургов . В последний раз Гастман шаг за шагом прошел через напечатанный контрольный список, прикрепленный к доске. Гастман и Папай неоднократно говорили мне, что успех клиники в области трансплантации лица обусловлен ее командным подходом.«Как команда, у нас есть коллективный гений», — сказал Папай. Каждые две недели в течение нескольких месяцев хирурги практиковались в лаборатории трупов клиники, одна команда удаляла лицо «донора», а другая прикрепляла его к «реципиенту».

Через 10 минут донора вкатили в ОР-19 и переложили на операционный стол. Аппарат ИВЛ доставлял кислород через лицевую маску, чтобы сохранить ее органы жизнеспособными. У нее была гладкая смуглая кожа, милый нос и темные волосы. Сотрудник организации по закупке органов на северо-востоке Огайо, Lifebanc, рассказал группе, что после того, как лицо донора было удалено, хирурги из клиники и других больниц ждали, чтобы восстановить ее печень, почки, легкие, сердце и, для исследований, матка.

19 дней после трансплантации Кэти Кэти находит минутку для себя в своей палате, что редко случается в больнице, так как врачи и другие люди часто останавливались, чтобы проверить ее прогресс. Ее новое лицо со швами все еще остается довольно опухшим.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Через 20 дней после трансплантации Кэти Во время одной из своих ежедневных прогулок по коридору Кэти поет во время упражнений с физиотерапевтом Бекки Вано (слева) и студенткой физиотерапии Николь Блисс.Перед трансплантацией Кэти пришлось заново учиться ходить, чтобы преодолеть спастичность конечностей, вызванную сотрясением головного мозга. После пересадки ей пришлось начинать с укрепления ног.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Через 19 дней после трансплантации Кэти Джошуа Ландрено (слева) и Брендан Аллейн (второй справа), жители Кливлендской клиники, снимают все швы со швов, которыми ее новое лицо крепится к коже головы. Во время болезненной процедуры медсестра Мэллори Коттер пытается успокоить Кэти, когда она зовет мать, которой не было рядом.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Сначала идут лицевые хирурги. Но поскольку органы ценны, а трансплантация лица не спасает жизни, если состояние донора начнет ухудшаться, команде придется отказаться от своей работы, чтобы позволить другим хирургам забрать донорские органы.

В 8:17.м., Гастман сделал первый разрез, разрез на шее донора для введения трахеостомической трубки для подачи кислорода. Сняв лицевую маску, медсестры подготовили и очистили лицо донора, а также сбрили ее волосы. Гастман провел линии по бокам ее лица и от уха до уха, чтобы направлять скальпели врачей. В течение следующих 16 часов от трех до четырех хирургов, все в хирургических лупах — очках с увеличительным стеклом — склонялись над донором, как ювелиры, осматривающие драгоценный камень. Вокруг них жители, завороженные, наблюдали за каждым движением, некоторые вставали на табуретки, чтобы лучше видеть.

Сначала хирурги удалили ей глаза для восстановления роговицы. Затем они начали долгую работу по выделению и деликатной диссекции черепного нерва VII. Лицевой нерв выходит на каждой стороне лица от ствола головного мозга, проходит к передней части уха, а затем делится на пять ветвей, которые ведут к коже головы и лбу, векам, щекам, губам и шее. В нем есть как двигательные волокна, контролирующие мимические мышцы, так и чувствительные волокна, обеспечивающие чувство вкуса языку и обслуживающие железы, которые позволяют нам выделять слюну и плакать.

Затем они обратились к тому, что Папай назвал костными порезами. Он вырезал всю верхнюю челюсть и часть нижней, чтобы передать Кэти, большую часть скул, часть лобной кости, покрывающей пазухи, дно глазницы и слезные кости возле глазниц. Там, где была видна кость, он использовал различные пилы, в том числе ту, которая использует высокочастотный ультразвук. Там, где кость не была обнажена, он использовал остеотом, напоминающий долото. — Я называю это грубой работой, — сказал Папай.«Это ручной труд, не такой эстетичный».

Наконец, перешли к кровеносным сосудам, которые делаются в последнюю очередь, чтобы ограничить время нахождения лица без кровоснабжения. Они рассекали вены и артерии, помечая их швами разной длины, чтобы сопоставить их с сосудами Кэти.

Спустя почти четыре часа после того, как они начали с донором, когда они были уверены, что она стабильна и им не придется отказываться от операции, они были готовы начать с Кэти. В полдень врачи отвезли ее в соседнюю ОР-20.«Кэти, мы позаботимся о тебе, — сказал ей Гастман. «И цель состоит в том, чтобы вы проснулись и спросили: «Когда мы начнем?»

7 месяцев, 16 дней после трансплантации Кэти Во время ее первой долгой поездки за пределы Кливлендской клиники и Дома Рональда Макдональда, Кэти навещает свою сестру Оливию Маккей в Пеории, штат Иллинойс. Она держит своего племянника Люка. Оливия родила Люка почти через шесть месяцев после пересадки лица Кэти. «Надеюсь, я продолжу выздоравливать, — сказала Кэти, — чтобы он не испугался, когда увидит меня.” Глаза Кэти часто бывают сухими и болезненными, поэтому она иногда надевает на них защитную пластиковую пленку, чтобы удерживать влагу.

Фотография Линн Джонсон

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

После того, как анестезия усыпила Кэти, Гастман провел линии на ее лице, чтобы отметить порезы, а затем сделал первый разрез, тоже трахеостомию. Затем он и два других хирурга начали демонтировать большую часть реконструктивной работы, которую Гастман проделал с Кэти за предыдущие два года.Жители столпились и у этого операционного стола. Шли часы. Мониторы постоянно пищали. Хирурги тихо переговаривались во время работы. Медсестры были в постоянном движении, манипулируя инструментами, проверяя мониторы.

В операционной-19 было 00:11, начало следующего дня, когда Папай и команда перерезали последний кровеносный сосуд и удалили лицо донора.

Папай с лицом на подносе вошел в операционную-20, где врачи приложили лицо к Кэти. Тут же стали подсоединять к ней кровеносные сосуды.Когда доделали левую сторону и разжали сосуды Кэти, кровь прилила к ней. Лицо покраснело. Когда они закончили другую сторону и разжали зажимы, все лицо стало совершенно розовым. «Почти все мы, хирурги, глубоко вздохнули с облегчением, — вспоминал Гастман.

Они прикрепили лицо от шеи вверх, действуя в обратном порядке. Они начали с костей донора, используя остеоинтегрированные пластины и винты, чтобы соединить их с костями Кэти. Затем перешли к соединительным нервам, пучку волокон, окруженному оболочкой.Специально обученные микрохирурги сшивали концы оболочек швами размером с прядь волос, стараясь не повредить очень-очень тонкие волокна внутри. «Тогда нервы соединятся, как бы поцелуют друг друга», — объяснил Папай.

Они сшили только двигательные нервы, оставив чувствительные нервы соединяться самостоятельно. Во время своей первой пересадки лица они не соединили пятый черепной нерв, главный чувствительный нерв лица и головы. Тем не менее пациентка в значительной степени восстановила свои сенсорные функции.Это их удивило и озадачило. «Мы совершенно не знаем, как это происходит, — сказал мне Папай. Среди такой медицинской точности все еще есть место для удивления.

Вскоре после рассвета Папай и Гастман покинули OR-20, чтобы поговорить с Роббом и Алесией, которые не спали 24 часа или больше, ожидая и беспокоясь. Все идет хорошо, заверил их Гастман, но есть несоответствие в размерах лиц. Необходимо было принять критическое решение.

После нескольких месяцев обсуждений и практических операций в лаборатории трупов клиники команда решила сделать только частичную пересадку лица.Они исправят только пещеристую треугольную рану, дав Кэти новый нос, рот, набор зубов и подбородок, а также лицевую кость под глазницами и большую часть обеих челюстей.

Они решили не трогать ее щеки, большую часть лба, брови и веки, а также бока лица. Они хотели сохранить как можно больше лица Кэти, сохранить черты, «которые делают ее все еще похожей на Кэти», как выразился Гастман, и снизить риск отторжения, ограничив количество пересаживаемой кожи — наиболее антигенной. часть тела.

Но когда наложили лицо донора на Кэти, хирурги увидели, что треугольник не подходит. Голова Кэти была меньше, чем у донора, и ее рубцовая ткань занимала много места. Не хватило места для всех донорских мышц и сосудов. Тон кожи донора также был темнее, и это несоответствие выделяло трансплантат.

Хирурги совещались, некоторые из них остановились, чтобы изучить 3D-модели, сделанные на основе компьютерной томографии двух голов. Большинство считало, что они должны дать Кэти полное лицо донора.Было ясно, что это будет выглядеть намного лучше.

Некоторые члены команды утверждали, что большее количество тканей и кожи может означать, что ей придется принимать более высокие дозы сильнодействующих препаратов против отторжения, которые она будет принимать до конца своей жизни. Хуже того, в случае настолько острого отторжения, что ей пришлось бы удалить лицо, на ее теле не хватило бы ткани для реконструктивной хирургии.

Гастман и Папай объяснили варианты действий Роббу и Алесии во время первого визита и еще нескольких, когда утро сменилось днем, а операция продолжалась. Они показали родителям фотографии, сделанные на их собственные телефоны, на которых анфас лежало на лице Кэти. Они не сказали им, что Гастман хочет сделать все лицо, потому что Кэти была молодой женщиной, которая заботилась о своей внешности, в то время как Папай хотел использовать как можно меньше донорской кожи, чтобы минимизировать риски и сохранить функцию, которую она оставила.

На четвертом совещании, пока врачи обсуждали все за и против каждого выбора, Алеся напряглась. Она постоянно ерзала в кресле, скручивала руки и пальцы, скрещивала и распрямляла ноги.Она миниатюрная женщина, но дерзкая, и хотя на ее лице запечатлены усталость и страдания, вы можете увидеть ее естественную красоту, которую унаследовали две ее дочери.

«Каждое решение, которое вы сейчас примете, будет правильным», — сказал Гастман родителям Кэти. «Но у вас всегда будет в голове «что, если». Поэтому я думаю, что лучше всего просто спросить: «Что на самом деле говорит твое сердце?» Может быть, лучше спросить: «Как ты думаешь, чего она хочет? Чем она могла бы быть счастливее?»

После долгой паузы Робб пробормотал: «Я думаю, что она хотела бы полного, полного. Алеся выглядела удивленной, а потом так, как будто могла заплакать.

8 месяцев, 22 дня после трансплантации Кэти Впервые встретив Кэти, Сандра изучает ее лицо, которое когда-то принадлежало ее внучке. «Ты прекрасно выглядишь», — говорит Сандра. Кэти не была похожа на свою внучку Адреа, но Сандра могла видеть Адреа у нее в носу и во рту. Перед тем, как они встретились, Кэти плакала, потому что нервничала. После этого она сказала: «Я чувствовала, что она была моей бабушкой. Я чувствовал себя очень любимым». Позже Сандра сказала, что хотела сказать Кэти, чтобы она называла ее Аммой, именем, которое ей дала Андреа.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Кэти знакомится с бабушкой своего донора.

Она еще больше скривилась. Ей хотелось выпалить: «Нет, нет, нет. Это ваше поле. Вы должны принять решение. Конечно, я не хочу, чтобы Кэти умерла или, скорее всего, умерла. Но она хочет вписаться в этот мир; она хочет иметь возможность выйти и быть частью этого».

Гастман и Папай сказали, что дадут им еще полчаса.Когда они уже собирались уходить, Алеся указала на Гастмана и спросила: «Как ты думаешь, интуиция?»

— Как я уже сказал, я думаю, вы можете быть правы в любом случае, — спокойно ответил Гастман.

«Могу ли я ошибаться в любом случае?» спросила она.

Когда врачи оставили их одних, Робб и Алеся представили, что сказала бы Кэти, если бы очнулась от частичной трансплантации с более заметными шрамами и несоответствующим тоном кожи. «Она говорила: «Ты имеешь в виду, что я могла бы выглядеть лучше, а ты решила этого не делать?» — сказал Робб.Алеся подумала о том, что сказала ей Кэти: «Я хочу выйти и быть лицом в толпе, на которое никто не смотрит».

У них был ответ.

В 15:00, через 31 час после начала операции на доноре, хирурги закончили ушивание верхнего слоя кожи, прикрепив все лицо. Медсестры, ординаторы, персонал и врачи аплодировали.

Лицо, теперь уже Кэти, утратило удивление. Выглядело безмятежно.

Гастман пошел сообщить семье, что операция прошла успешно.Он сказал им, что собирается пойти домой, принять душ, поцеловать своих дочерей и заплакать.

Когда родители и брат Кэти пришли навестить ее в отделении интенсивной терапии, они молча стояли у ее кровати, глядя на ее новое лицо. Робб, увидев фотографии Гастмана, не был шокирован. Роберт заметил, что у его младшей сестры появилась новая черта лица — небольшая ямочка на подбородке. — Как Кирк Дуглас, — сказал его отец. Алеся погладила руку Кати и подумала: «У тебя было одно лицо до 18 лет. У тебя было другое лицо с 18 до 21 года.Теперь у тебя такое лицо». Она пыталась увидеть в нем Кэти, но не могла. Она очень хотела увидеть свою дочь.

Однажды утром, , когда Кэти еще была в больнице, Алеся проснулась со странным чувством. Она не знала, что делать с пересадкой. Это сбивало с толку: когда она смотрела на Кэти, она знала, что смотрит на чье-то лицо. Кэти все еще была там?

«Что, если Кэти станет другой личностью?» — спросила она Робба. «Я не хочу этого. Мне нравится, какая Кэти внутри.«Алеся, — сказал Робб, — мы же не какой-то научно-фантастический фильм смотрим».

Если временами это походило на научно-фантастический фильм, это было понятно. В своей переполненной палате в отделении интенсивной терапии Кэти, подключенная к аппарату искусственной вентиляции легких, внутривенной трубке и множеству пищащих мониторов, выглядела как подопытный, которым она на самом деле и была. Было также что-то царственное в ее успокоенном покое, впечатление, подчеркнутое тиарой рваных швов, выгравированной на ее лысине, и медсестрами, ординаторами и докторами, которые сопровождали ее, как мрачные придворные.

Примерно через две недели после того, как врачи вывезли Кэти из операционной, физиотерапевт заставил ее подняться с постели и ходить по коридорам. Их величественную процессию возглавлял шест, увешанный пакетами с лекарствами. Несмотря на то, что она двигалась, Кэти чувствовала себя так, словно проспала большую часть мая или смотрела фильм, смутно осознавая, что люди приходят и уходят, но никогда не была полностью бдительна.

В первый раз, когда она осознала, что прикасается к своему новому лицу, оно было очень опухшим и круглым. Папай сказал ей, что у нее милый нос и что он похож на нос ее мамы.Она спросила мать, достаточно ли хорошо новое лицо, чтобы люди перестали смотреть на нее, как на уродца.

Дни в больнице, как всегда, стали длинными. У Кэти были плохие дни и худшие дни, боль иногда была невыносимой. Подключенная к зонду для кормления, она стонала и иногда плакала, что голодна. Она совсем не могла говорить, поэтому Алеся купила ей доску и маркер. Она нацарапала: «картофельное пюре». «Люблю тебя.» «Больно.» Либо Робб, либо Алеся, а часто и оба, оставались с ней.

Хроническое отторжение всегда будет представлять опасность для Кэти, но за почти три месяца пребывания в больнице у нее не было случаев раннего острого отторжения.Ей предстояло пройти еще три серьезные операции в ближайшие полтора года. Сначала врачи очистят ее носовые пазухи и вставят имплантаты из титановой сетки под глаза, чтобы поднять их в глазницах и выдвинуть вперед. Во-вторых, они удаляли часть лишней кожи и тканей, оставшихся на месте в случае отторжения, что Гастман сравнивал с подтяжкой лица. Наконец, в ходе третьей операции ей укоротят нижнюю челюсть, переместят язык вперед и поместят имплантат в нёбо, что, как надеются врачи, поможет Кэти говорить более четко.

«Все те фотографии людей, которые перенесли трансплантацию лица и выглядят так хорошо, вы видели, помните, эти фотографии были сделаны после всех этих ревизионных операций», — объяснил Гастман во время одного из своих частых визитов. «Это требует времени.»

«Доктор. Гастман, — сказала Кэти, — когда ты сделаешь подтяжку лица, я тоже хочу увеличить грудь.

Алеся, смеясь, наклонилась и прошептала Кэти.

«О, я заставил вас покраснеть, доктор Гастман!» сказала Кэти.

Он покраснел еще сильнее.

Мы склонны думать об исцелении как о пассивной деятельности, которая происходит, когда мы лежим в постели, запоем смотрим ужасные телевизионные шоу и ждем, пока ваша иммунная система проявит свое тайное волшебство. Однако с выпиской из больницы 1 августа 2017 года отдых Кэти закончился. «В обозримом будущем вы профессиональный пациент», — сказал ей Гастман за день до выписки из больницы.

Все они чувствовали себя освобожденными, когда Кэти вернулась в Дом Биг Маков. Но они не были бесплатными. Алеся и Робб теперь будут круглосуточной медсестрой Кэти. Они забрали домой распечатанный список лекарств на 2,5 страницы. Фармацевт, просмотревший список, дважды указал на Програф, иммунодепрессант.«Самое важное лекарство», — сказала она. Гигантский календарь на стене, заполненный встречами. Лечебная физкультура два раза в неделю. Дважды в неделю работа с персональным тренером. Трудотерапия один или два раза в неделю. Уроки Брайля два или три раза в неделю. Логопедия четыре раза в неделю.

Речь оказалась особенно сложной. Рот Кэти был в основном ртом донора. Остались только язык Кэти и верхнее мягкое небо, и они не функционировали должным образом. Ее язык не касался зубов.Как ни трудно было понять Кэти до операции, после это было почти невозможно. Ей переводили Алеся и Робб, но даже они иногда угадывали. Проблема с нёбом придала ее голосу сильный гнусавый тембр. Когда Кэти услышала запись, она сказала: «Я говорю как лягушка».

8 месяцев и 23 дня после трансплантации Кэти Решив помочь Кэти жить нормальной и полноценной жизнью, насколько это возможно, Робб и Алеся отложили свою жизнь на более чем четыре года. Превозмогая усталость, полагаясь на свою веру в Бога, они сопровождают дочь на бесконечные встречи и сеансы терапии.Они уже ищут способы улучшить зрение Кэти, включая возможность пересадки глаза. Они рассчитывают остаться в Кливленде рядом с клиникой и врачами Кэти на ближайшее время.

Фотография Мэгги Стебер

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Почти 100 процентов ее родной лицевой мускулатуры исчезло, ее заменила донорская, и ей приходилось тренировать эти мышцы, не чувствуя их движения. Ее нервы, которые, по словам Гастмана, будут расти примерно на дюйм в месяц и в конечном итоге обеспечат чувствительность и двигательный контроль, на восстановление потребуется не менее года. Такие простые и автоматические вещи, как держать рот закрытым, когда она не разговаривает или не ест, не происходили естественным образом; другим приходилось напоминать ей, а потом ей приходилось поджимать подбородок пальцем. Чтобы улыбнуться или сморщить губы, требовалось много усилий, но без особого результата.

Даже после того, как Кэти выучила шрифт Брайля и прошла обучение в Кливлендском центре зрения, Стабблфилды не теряли надежды на то, что она снова увидит. Они указали на исследования в Медицинском центре Университета Питтсбурга, где команда, финансируемая Министерством обороны, надеется провести трансплантацию всего глаза в течение 10 лет.Стабблфилды были взволнованы одним предсказанием, сделанным главой исследовательской группы: пациенты с трансплантацией лица, вероятно, станут первыми реципиентами глаз.

Лицо донора они видели каждый день, но для Стаблфилдов она оставалась загадкой. Они знали ее возраст, но не знали ни ее имени, ни того, как она умерла, ни того, как она жила. Кэти часто думала о себе и своей семье.

Она была третьим донором, найденным за то время, что Кэти ждала лица. Дважды находили донора, и клиника предупреждала Стаблфилдов.Дважды доноры не сработали. Для пациентов, ожидающих внутренний орган, единственными требованиями соответствия являются совместимый размер, группа крови и, для некоторых органов, тип ткани. Что касается лиц, пол должен совпадать, тон кожи должен быть похожим, а возраст должен быть достаточно близким. Это, наряду с необходимостью найти донора поблизости, означает, что пул намного меньше. Молодость Кэти сделала его еще меньше.

Более 120 000 человек в США ждут органов всех видов, но их не хватает.В среднем 20 пациентов умирают каждый день в ожидании. Лица были добавлены в список органов национальной системы трансплантации в 2014 году; ожидание непредсказуемо. Пул кандидатов очень мал, и семья потенциального донора должна дать разрешение на использование лица, даже если человек зарегистрировался в качестве донора органов.

Врачи Кэти сказали, что донором, скорее всего, будет кто-то, кто умер от передозировки наркотиков, учитывая эпидемию опиоидов, которая особенно сильно ударила по Огайо.По всей стране эпидемия привела к увеличению количества доступных органов: недавнее исследование показало, что число доноров, умерших от передозировки наркотиков, увеличилось более чем в десять раз с 2000 по 2016 год. Как выяснилось, донор Кэти действительно умер от передозировка, но опиоиды не убили ее; кокаин сделал.

Lifebanc, региональная организация по закупке органов, сохраняет конфиденциальность информации о донорах и реципиентах даже друг от друга. Если одна сторона напишет письмо, чтобы связаться с другой, Lifebanc доставит его.Другая сторона может выбрать, отвечать ли ей. Как только они установят связь, оба должны согласиться встретиться.

Из писем Стаблфилды узнали, что у Кэти лицо Андреа Шнайдер и что ее бабушка Сандра Беннингтон очень хочет с ними познакомиться. Воскресным утром в январе Кэти и ее родители впервые встретились с Сандрой. Сандра нервничала, что, по ее мнению, было глупо. Она прибыла, вытащив баллон с кислородом, который ей нужен для ее болезни легких, и медленно прошла в гостиную, где Кэти ждала одна на диване.Кэти тоже нервничала. Она надела новое платье и стильные солнцезащитные очки, закрывающие глаза, которые все еще выглядели поврежденными.

Сандра уже видела фотографию Кэти, сделанную в тот момент, когда ее вывозили из операционной, когда она была больше похожа на Адреа. Фотография что-то возбудила в Сандре. Мысли о Кэти и ее выздоровлении помогли ей справиться с горем.

Реципиенты трансплантата лица претерпевают метаморфозы по мере заживления и адаптации лица к структуре их лица.Новое лицо становится матрицей, как выразился Папай, не тем или иным, а составным. Кэти больше не была похожа на Адреа.

Сандра села рядом с Кэти и взяла ее за руку. — Так приятно познакомиться с вами, — сказала она. «Ты выглядишь прекрасно.» Кэти сказала: «Большое спасибо за невероятный подарок, который вы нам сделали». Сандра наклонилась, не совсем понимая Кэти, и Алеся повторила за нее.

Андреа была зарегистрированным донором органов, но когда представитель поддержки семьи из Lifebanc спросил о лице Андреа, Сандра сначала не знала, что делать.«Я просто вдруг понял, что, ну почему не лицо?» — сказала она Кэти и ее родителям. «Адреа хотела, чтобы у кого-то были другие ее органы. Почему не ее лицо тоже? Таков был мой ответ. Я очень благодарен, что сделал это».

Робб и Алеся присоединились к ним на диване, и Сандра рассказала им немного об Адреа. Она не рассказала им о том, какой тяжелой была жизнь Адреа с момента ее рождения, с наркотиками в организме, до ее зависимой матери. Она не сказала им, что воспитывала Андреа с четырех лет и усыновила ее в 11, или что мать Андреа умерла, когда ей было всего 13.

Вместо этого она сказала им, что Андреа любит лошадей, собак и детей. Она рассказала им о сыне Андреа, которому было 15 лет, когда она умерла. Она сказала, что он не знал о пересадке лица. Она не знала, как сказать ему, что у кого-то еще лицо его матери.

Когда Сандра увидела, как Алеся и Робб оберегают Кэти, она подумала об Адреа, у которой были трудности, но она была хорошим человеком. Она думала, что если бы Андреа знала Кэти, она была бы в восторге от того, что помогла ей. Но в то же время — и это всегда заставляло Сандру плакать, когда она думала об этом, — Андреа хотела бы быть Кэти, чтобы у нее были любящие родители, братья и сестры.

Сандра коснулась лица Кэти. — Ты выглядишь так мило, — сказала она ей. Она посмотрела ближе. Она могла видеть немного Адреа, в ее ямочке на подбородке и носу, точно так же, как Алеся сказала, что она могла время от времени ловить маленькую Кэти, когда та улыбалась.

Сандра хотела сказать Кэти, что она может называть ее Аммой, от имени бабушки, как это делала Андреа. Но она этого не сделала. Она посмотрела на рот Адреа, теперь на рот Кэти. Она посмотрела на свои губы. Она видела, что они потрескались, и ей так хотелось ухаживать за ними.

Кэти проживет остаток своей жизни в качестве эксперимента по долговечности пересаженных лиц.Медицинские достижения приходят быстро, и даже ее врачи не могут предсказать, что ждет ее в будущем. Семенов, получив от военных финансирование в размере 2,8 миллиона долларов, исследует альтернативу иммунодепрессантам. Она надеется найти то, что многие ученые называют Святым Граалем — химерную клетку, частично донорскую и частично реципиентную, которая побудит иммунную систему принять новую ткань как свою собственную и сделает ненужными лекарства против отторжения.

Через четырнадцать месяцев после трансплантации врачи Кэти завершили три основные ревизионные операции.Они также могут сделать ее лицо стройнее, уменьшить шрамы и улучшить состояние ее век.

Папай сказал, что доволен тем, как Кэти адаптировалась к своему новому лицу, и качеством ее новой кожи. «Я очень рад, что у нее не было ни одного отказа», — сказал он мне. «Но я не доволен ее орбитами. Мы надеялись, что у нее будет лучшее зрение. И с эстетической точки зрения мы могли бы улучшить расположение ее глаз».

Гастман согласился с Папаем. «Нам всем нравится ее нос; у нее красивые губы, — сказал он мне.«Есть вещи, которые, как мы знаем, станут лучше, когда мы их исправим, например, уменьшение челюсти. Но некоторые вещи мы можем сделать только для улучшения. Ее травма, возможно, была худшей травмой из всех травм, полученных при пересадке лица. Мы не обязательно можем заставить все ее мышцы снова двигаться. Ее язык плохо работает, потому что она потеряла много языковых мышц и нервов».

Кэти намерена продолжить с того места, где она остановилась, начиная с колледжа, сначала в Интернете, а затем, возможно, с карьерой консультанта.«Так много людей помогли мне; теперь я хочу помогать другим людям», — сказала она. Она надеется поговорить с подростками о самоубийстве и ценности жизни.

Сейчас она сосредоточена на своем выздоровлении.

«Я не на той стороне», — сказала она недавно матери.

— О, детка, — ответила Алеся. «Твоя история еще не закончена.»

Джоанна Коннорс — репортер Cleveland Plain Dealer и автор книги «Я найду тебя: репортер расследует жизнь человека, который ее изнасиловал».National Geographic назвал фотографа Мэгги Стебер, постоянным автором, Woman of Vision за ее работу над гуманитарными, культурными и социальными историями. Фотограф Линн Джонсон, , также постоянный автор, документирует условия жизни людей во всем мире в течение 35 лет.

Мужчина из Нью-Джерси первым перенес операцию по пересадке лица и двух рук

Мужчина из Нью-Джерси получил новое лицо и руки после сложной трансплантации после автокатастрофы

Жаркая автокатастрофа Джозефа ДиМео в 2018 г. Нью-Йоркский университет Лангоне провел самую сложную операцию по трансплантации.

USA TODAY

Джозеф ДиМео ехал домой с работы в августе 2018 года после ночной смены и заснул за рулем. Незнакомец вытащил его из пылающих обломков.

Более двух месяцев спустя, когда 20-летний ДиМео очнулся от искусственной комы, его первой мыслью был его Dodge Challenger SRT, который он заплатил за себя и оснастил новой выхлопной системой и колесами.

Суммарная стоимость автомобиля. ДиМео обгорело более 80% тела.

После 20 операций его руки все еще едва можно было использовать, а пальцы превратились в простые утолщения. Его лицо было постоянным напоминанием о том ужасном дне.

Итак, ДиМео из северного Нью-Джерси прошел тщательное тестирование и подготовку в надежде получить новое лицо и руки от донора.

Сейчас, спустя 22 и почти шесть месяцев после операции, его команда по трансплантации готова объявить операцию ДиМео успешной. Он первый человек в мире, получивший лицо и две руки.

«Он всегда был спокоен и собран — никогда не терял надежды», — сказал руководитель группы трансплантологии доктор Эдуардо Родригес, заведующий отделением пластической хирургии Хансйорга Висса в Нью-Йоркском университете в Лангоне.

«Он всегда чувствовал, что не будет таким до конца своей жизни. Он — большая часть нашего успеха.»

ДиМео из Кларка, штат Нью-Джерси, примерно в 20 минутах от Ньюарка, сказал, что надеется, что публикация его истории поможет другим.

«Я просто чувствовал, что все должны знать об этом», — сказал ДиМео, появившийся на пресс-конференции в среду в Нью-Йоркском университете в Лангоне.«Я надеюсь, что моя мотивация вдохновит других людей снова встать на ноги и не смотреть вниз на свалки. …Чтобы что-то изменить, нужно много работать, и вы не можете сдаваться».

Год подготовки

С 2005 года по всему миру было проведено более 40 трансплантаций лица и более 85 трансплантаций одной или двух рук.

Ранее хирурги уже дважды пытались дать пациенту новое лицо и две руки. 30-летний мужчина во Франции умер через два месяца после попытки от инфекции, вероятно, связанной с его основными ожогами.Пациенту в Бостоне пришлось удалить трансплантат руки, потому что он не прижился.

Успех с DiMeo доказывает, что это возможно, и это знаменует собой существенные изменения в этой области, сказал д-р Скотт Хансен, заведующий отделением хирургии кисти и микрососудов в Калифорнийском университете в Сан-Франциско.

«Это выходит за рамки всего, чем мы занимались по специальности», — сказал он. «Это новаторский и потрясающий».

Родригес, выполнивший три предыдущие операции по пересадке лица, считал, что ДиМео станет отличным кандидатом на эту процедуру.

Он был молод, стабилен и здоров, и, скорее всего, быстро поправится. Он попал в аварию всего около года назад, так что его мозг, скорее всего, быстро вспомнил, каково это — иметь функционирующие лицо и руки. И он был настроен.

ДиМео приходил вовремя на каждый прием и строго следовал инструкциям своих врачей.

Но Родригес волновался, что будет трудно найти подходящий трансплантат.

После аварии ДиМео потерял и получил много крови.Тело реагирует на эту чужеродную кровь, активируя иммунную систему и вырабатывая антитела.

Эти антитела означали, что только около 6% людей на планете будут иметь правильный иммунный профиль, чтобы предотвратить прямое отторжение трансплантата телом ДиМео.

И совпадения антител было недостаточно. Донор также должен иметь такой же цвет кожи, как и у ДиМео – существенная разница будет выглядеть странно – без каких-либо идентифицирующих шрамов или травм тканей.

Имеет смысл получить лицо и руки от одного и того же донора, сказал Родригес, из-за сложности сопоставления антител ДиМео и повышенного риска отторжения при наличии нескольких доноров.

Врач и пациент приготовились к тому, что, как они ожидали, ждать придется долго.

Тем временем оба были заняты.

ДиМео требовалось много тестов.

«Это стало немного раздражать», признался он.

Были проверки состояния его нервов после ожогов. Проверил его сухожилия, глаза и зубы, чтобы убедиться, что они в хорошем состоянии. Рентген его легких.

«Мое тело было в порядке, повреждена была только кожа», — сказал ДиМео.

Он также не испытывал боли после выписки из больницы, хотя его кожа зудела.

Родригес и огромная команда коллег из Нью-Йоркского университета Лангоне потратили почти год на планирование и отработку операции, которую они надеялись провести на ДиМео.

Они наметили операцию в лаборатории моделирования. Они репетировали на подаренных трупах. До того, как вмешалась пандемия COVID-19, они провели прогонки с персоналом операционной. Они разработали контрольный список, которому нужно следовать во время операции, и отшлифовали каждый шаг, сокращая время там, где они могли, чтобы свести к минимуму риск для ДиМео.

«Когда начинается операция, это почти вторая натура для нас», сказал Родригес.

«Мы знаем, что не хотим, чтобы донор пропадал зря», — продолжил он. «Кроме того, пациент, который рискует своей жизнью, реципиент, мы не хотели бы, чтобы у этого человека были серьезные осложнения или он мог умереть из-за плохо выполненной операции».

Моменты истины

При таком солидном органе, как почка, пациент, скорее всего, умрет, если пройдет слишком много времени, поэтому врачи идут на компромиссы в отношении иммунной совместимости, чтобы убедиться, что пациент выживает.

С трансплантацией лица и руки, по словам Родригеса, «мы могли позволить себе роскошь подождать» идеальной пары.

Но им не пришлось ждать так долго, как они ожидали.

9 августа, всего через 10 месяцев после начала обширного национального поиска,   Родригес получил телефонный звонок о потенциальном доноре в Делавэре.

На следующий день он отправился туда, чтобы лично оценить донора.

Удивительно, но донор совпал с ДиМео по антителам и тону кожи. Той ночью его доставили в Нью-Йоркский университет в Лангоне.

ДиМео прибыл в тот же вечер, и ему сделали компьютерную томографию лица и рук.Данные были немедленно отправлены в Мичиган, где специализированная полиграфическая компания под названием Materialise начала создавать 3D-шаблоны для операции, которые помогли бы решить, где делать надрезы, и убедиться, что запасные части подходят правильно и выглядят как можно более нормально.

На следующий день все было готово и отправлено в Нью-Йорк.

Рано утром 12 августа хирургическая бригада из 80 человек, установив направляющую, приготовилась к тому, что она так долго практиковала.

«Все прошло как по маслу», — сказал Родригес.

Единственный неотрепетированный момент: после того, как команда прошила обе руки и новое лицо ДиМео, его левая рука начала менять цвет. Бригада поняла, что там был небольшой тромб, который они быстро устранили.

Операция длилась 23 часа.

Звучит долго, но благодаря месяцам практики и инструкции по резке она оказалась короче, чем три предыдущие операции по пересадке лица Родригеса, которые не включали руки.

«Это очень интенсивно на всем протяжении», — сказал он, отметив, что сделал три коротких перерыва, чтобы сходить в ванную и выпить кофе и перекусить.«Мигнешь, и все кончено».

Невероятный подарок

Хотя трансплантация лица и руки технически не спасает жизнь, как может быть замена поврежденной почки или легкого, успешная операция преображает.

Родригес сказал, что все четверо пациентов, которых он трансплантировал, в конечном итоге выглядят как гибрид их самих и их донора.

Люди, перенесшие трансплантацию лица, не страдают кризисом идентичности, сказал Родригес. По его словам, им гораздо труднее приспособиться к травмированному лицу, чем к новому.На МРТ люди с трудом узнают себя израненными, но после пересадки они сразу видят себя.

ДиМео получил все лицо донора, от линии роста волос на макушке лба до нижней части шеи и от уха до уха.

Родригес взял часть базовой костной структуры лица донора, чтобы она не обвисла после трансплантации. Он включил мышцы, которые работают со щеками , чтобы система шкивов, позволяющая двигаться в уголках рта, функционировала.

ДиМео получил обе руки от середины предплечья вниз, включая все кости предплечья, запястья и пальцы, 21 сухожилие, 2 артерии, 4 вены, 3 крупных нерва. Это много частей, которые нужно соединить.

«Уровень сложности здесь сводит с ума», — сказал Хансен из UCSF, также руководитель отделения пластической хирургии в больнице общего профиля Цукерберга в Сан-Франциско и травматологическом центре и врач команды Сан-Франциско Джайентс.

Некоторые утверждают, что трансплантация рук не стоит многомиллионных затрат; протезы дешевле и почти так же хороши. Хансен не согласен.

«Очевидно, что функции пересаженных рук намного превосходят его обожженные руки», — сказал он о ДиМео. «Ощущение будет намного лучше. Это будет для него огромной помощью».

Его лицевые улучшения «неоспоримы», сказал Хансен.

До трансплантации у ДиМео не было век, что в итоге привело бы к слепоте. Предоставление ему функциональных губ улучшит его речь и позволит ему наслаждаться твердой пищей. Новое лицо также позволяет ему улыбаться и показывать эмоции, «что меняет жизнь», — сказал Хансен.

ДиМео получает препараты, подавляющие иммунитет, чтобы его тело не отторгало новые части. Анализы крови могут определить, начинает ли повышаться уровень его антител к донорской крови, и его лекарства можно быстро скорректировать, чтобы предотвратить отторжение.

Он написал письмо семье своего донора, в котором поблагодарил их, но они пока не хотели называться, поэтому у него не было прямого контакта. Он еще раз поблагодарил их во время пресс-конференции в среду.

Ничего публично не известно о доноре, кроме того, что он умер от инсульта и что он был идеальной парой ДиМео.

Чтобы облегчить травму семьи покойного, NYU LaGuardia Studio сделала подробные фотографии перед пожертвованием. Во время операции они сделали 3D-печатные копии лица и рук донора. Когда донора вернули семье, он выглядел так, как был до трансплантации.

«Это высочайшая верность», сказал Родригес, и очень важно для семьи. «Мы хотим иметь возможность поддерживать целостность этого донора для любых ритуалов конца жизни».

Реабилитация

После трансплантации ДиМео, у которого есть страница GoFundMe, чтобы помочь финансировать его восстановление, находился в больнице более шести недель, а затем в стационарном реабилитационном центре.

Вот где начинается тяжелая работа, сказал Родригес, «чтобы вернуть эти руки в нормальное функционирование».

Чтобы восстановить контроль над своим лицом, потребовалось некоторое лечение; рукам требуются месяцы работы , чтобы заново научиться вставать со стула, есть, одеваться, мыться.

ДиМео, у которого все еще есть три часа терапии три раза в неделю, уже достиг всех этих этапов.

Он снова может держать кусок пиццы и гамбургер, хотя по-прежнему предпочитает итальянскую кухню.Он может проводить пальцем по экрану своего смартфона, поднимать тяжести, играть в бильярд и отжиматься от скамейки. Он может выгуливать своего любимого бостонского терьера Бастера, который знал его сразу, даже в реабилитационном центре.

Чувствительность медленно возвращается, и теперь он может сказать, когда его руки холодные.

У ДиМео осталось только две цели: «Снова водить машину и вернуться к работе».

Он уверен, что знает, что делать за рулем, хотя его врачи хотят, чтобы он сначала попробовал на симуляторе.

И он все еще мечтает стать профсоюзным докером.

Это не кажется неразумным для молодого человека, который уже на год опережает ожидания физиотерапевтов.

«У меня много мотивации», сказал ДиМео. «Я не могу сдаться. У меня есть второй шанс. Я не могу его испортить».

Свяжитесь с Карен Вайнтрауб по адресу [email protected]

Страхование здоровья и безопасности пациентов в USA TODAY частично стало возможным благодаря гранту от Фонда Масимо по этике, инновациям и конкуренции в здравоохранении.Фонд Масимо не вносит редакционный вклад.

Кармен Тарлтон становится первой, кто перенес вторую трансплантацию лица

15-минутный период в 2007 году навсегда изменил жизнь Кармен Тарлтон. Ее бывший муж ворвался в ее дом, ударил ее бейсбольной битой и обрызгал ее химическим веществом под названием щелочь. Сегодня она первая американка, получившая вторую пересадку лица.

В эксклюзивном интервью СЕГОДНЯ бывшая медсестра встретилась с корреспондентом NBC News Кейт Сноу, чтобы рассказать о своем пути выздоровления.В результате нападения Тарлтон сильно изуродован, ослеп на один глаз и официально ослеп на другой. Она сделала свою первую пересадку лица в 2013 году, когда процедура была еще совсем новой. Это длилось семь лет, но ее тело начало медленно отвергать его.

«Когда моя первая трансплантация лица не удалась, я снова выглядела изуродованной», — сказала она СЕГОДНЯ. «У меня больше не было век. Я потерял губы».

Связанные

Она сказала Сноу, что решение пройти через этот процесс еще раз — всего у нее было 73 реконструктивных операции — было легким.

«Я сказал (своему врачу): «Если я кандидат, мне нужен еще один шанс», — вспоминал Тарлтон.

Вторая операция по пересадке лица заняла у команды из 40 человек в Brigham and Women’s Hospital в Бостоне около 20 часов в течение двух дней. К счастью, это было менее рискованно, чем первоначальная операция, потому что во второй раз ее иммунная система была менее чувствительна.

Но это все еще было проблемой, сказал СЕГОДНЯ пластический хирург Тарлтон, доктор Богдан Помахак, который лечит ее с тех пор, как она была доставлена ​​в больницу по воздуху более десяти лет назад.Были опасения по поводу возможного отказа, опять же.

«Это всегда сложно», — сказал Помхак. «Я думаю, что второй раз в некотором смысле немного хуже, потому что мы снова имеем дело с большим количеством неизвестных».

Донором для второй операции Тарлтона стала женщина по имени Кейси Харрингтон Лабри, которая боролась с героиновой зависимостью и умерла в июле прошлого года в возрасте 36 лет от передозировки фентанила. У нее была 15-летняя дочь.

«Нам невероятно повезло, и по чистой случайности мы нашли донора, у которого было много общих характеристик с собственным телом Кармен, то, что вы надеялись бы иметь у брата или сестры», — добавил Помахак.

Харрингтон Лабри сказала своей невестке Бобби Сью Харрингтон, что хочет стать донором органов. Ее органы спасли пять жизней, но сначала ее семья не решалась пожертвовать ее лицо.

«Наша первая эмоция была: «Нет. Это не будет хорошо. Мы не можем с этим жить», — сказала СЕГОДНЯ Бобби Сью Харрингтон. «Чем больше исследований мы проводили (о) получателях и о том, как изменилась их жизнь, тем лучше мы относились к этому».

«Это была удача для нас как семьи», — добавила она.«Это дало нам надежду в то время, которое в противном случае казалось бы совершенно безнадежным, особенно для дочери (Кейси)».

СЕГОДНЯ Тарлтон получил возможность встретиться с семьей Харрингтона Лабри в видеочате.

«У тебя много ее черт, например, на лбу», — сказала ей мать Харрингтона Лабри. «У тебя есть ее родимое пятно, ее линия волос, линия глаз».

«В самое трудное время вы сделали мне самый большой подарок, какой только можно было мне сделать», — сказал Тарлтон.

Теперь, через семь месяцев после ее второй пересадки лица, Тарлтон сказала Сноу, что она «очень счастлива», объяснив, что все на ее лице пожертвовано, кроме одного уха.

«Это мое лицо. Оно было дано мне. Это не настоящее лицо, с которым я родился, а мое лицо. И каждый раз, когда я смотрю в зеркало, я думаю о Кейси», — сказал Тарлтон.

Ее позитивный настрой вдохновляет семью жертвователя и всех, кто ее встречает.

«Мой ключ к этому успеху — не фокусироваться на негативных вещах», — продолжила она. «Намного легче жаловаться, … говорить между собой о том, что не работает … Если бы я остался там, я был бы тем, кем меня считает общество.«Ты будешь несчастен, ты инвалид, ты слеп, ты зависим. У тебя будет посттравматическое стрессовое расстройство, ты будешь в депрессии.'»

«Я ничего этого не слушал. Ты знаешь почему? Я не хотел ничего из этого. Я сосредоточилась на том, что я собиралась делать сейчас», — добавила она.

Тарлтон также считает, что две ее пересадки лица «значительно расширили (ее жизнь)». вам нужно найти свою уверенность. Вам нужно найти свою стабильность.Вам нужно найти свою самооценку, — сказала она.

По мере того, как Тарлтон продолжает восстанавливаться, она «наращивает энергию каждую неделю», — добавила она. «Каждую неделю я становлюсь все лучше и лучше. … Я взволнован, увидев, что теперь принесет мне жизнь. У меня много терпения. Когда я буду готов, все произойдет. И они уже происходят».

Маура Хохман — штатный редактор и репортер TODAY Digital из Бруклина, которая присоединилась к команде в начале пандемии коронавируса. Она с удовольствием пишет на самые разные темы, от поп-культуры до политики, она проявляет особый интерес к всестороннему охвату вопросами здравоохранения, особенно исследованиям COVID-19, здоровью женщин и расовым различиям в здоровье.

Впервые женщине в США делают вторую пересадку лица

Второй раз за десятилетие у женщины из Нью-Гэмпшира новое лицо.

Кармен Бландин Тарлтон, чье лицо было изуродовано во время нападения ее бывшего мужа, стала первой американкой и вторым человеком в мире, подвергшимся этой процедуре после того, как ее первая трансплантация начала отказывать через шесть лет после операции. Трансплантация от анонимного донора была проведена в бостонской больнице Brigham and Women’s Hospital в июле.

Ожидается, что 52-летняя бывшая медсестра вернется к своему обычному распорядку дня, который почти закончился год назад, когда первая трансплантация не удалась.

«Я в восторге», — сказала Тарлтон агентству Associated Press в эксклюзивном телефонном интервью из своего дома в Манчестере. Она все еще восстанавливается после операции, поэтому фотографии ее нового лица недоступны.

«Боль ушла, — сказала она. «Это новая глава в моей жизни. Я ждал почти год. Я действительно счастлив.Это то, что мне нужно. У меня отличный матч».

Более 40 пациентов во всем мире перенесли трансплантацию лица, в том числе 16 в США. Ни один из американских пациентов не потерял своего донорского лица до Тарлтона.

Но в 2018 году французу, чья иммунная система отвергла его донорское лицо через восемь лет после его первой пересадки, сделали вторую. Врач, проводивший трансплантацию, доктор Лоран Лантьери из Европейского госпиталя Жоржа Помпиду в Париже, сказал, что пациент «чувствует себя очень хорошо».”

Доктор Богдан Помахак, сделавший Тарлтону первую пересадку лица, не решился сделать еще одну и вместо этого предпочел реконструктивную операцию. Но его команда убедилась в достоинствах второй трансплантации после того, как Тарлтон описал, насколько первая трансплантация улучшила ее жизнь.

Кармен Бландин Тарлтон в сопровождении своего хирурга, доктора Богдана Помахака, во время прибытия на пресс-конференцию в Brigham and Women’s Hospital в Бостоне 1 мая 2013 года после ее первой пересадки лица. Чарльз Крупа / AP файл

«Она действительно хотела попробовать еще раз», — сказал Помахак, руководивший 20-часовой второй операцией.Команда из примерно 45 клиницистов удалила несостоятельный трансплантат, а затем подготовила сенсорные нервы и кровеносные сосуды на шее для хирургического соединения. Затем лицо было пересажено, и в ближайшие месяцы Тарлтон получит сенсорную и моторную функцию.

В отличие от ее первой трансплантации, донор на этот раз считался гораздо более подходящим по ткани. Из-за ее предыдущих травм перед первой трансплантацией 98 процентов доноров оказались несовместимыми. Уже тогда первое лицо привело к нескольким случаям острого отторжения, при которых организм атакует новое лицо и необходимы сильные лекарства для подавления иммунной системы.

«Теперь я очень оптимистичен и надеюсь, что это продлится намного дольше, чем первая трансплантация», — сказал Помахак, который назвал совпадение чудом. «Но, конечно, это выдумки, домыслы. Я не знаю. Ей действительно повезло».

Брайан Гастман, пластический хирург из Кливлендской клиники, проводивший две последние операции по пересадке лица, сказал, что случай Тарлтона иллюстрирует недостатки этих процедур.

«Если вы посмотрите на большинство операций по пересадке органов, то увидите, что у них есть срок годности», — сказал Гастман.«Мы приближаемся к моменту, когда эти трансплантации лица упираются в максимальное количество лет, в течение которых кто-то может сделать это».

Связанные

Тарлтон была обожжена более чем на 80 процентов своего тела и ослепла в 2007 году, когда ее бывший муж, Герберт Роджерс, избил ее бейсбольной битой и облил ее тело щелочью, потому что он думал, что она встречается с другим мужчиной. В 2009 году Роджерс признал себя виновным в нанесении увечий Тарлтону в обмен на тюремный срок не менее 30 лет. Он умер в тюрьме в 2017 году.

Первая трансплантация изменила жизнь Тарлтона. Она отказалась от сильных лекарств от боли, взялась за пианино и смогла путешествовать и произносить вдохновляющие речи, часто рассказывая о том, как она простила Роджерса. Она также близко подружилась с дочерью своего первого донора, 56-летней женщиной, которая умерла от инсульта. У нее также была синтетическая роговица на левом глазу.

Но к прошлому году лицо стало портиться. Она начала испытывать рубцы, стеснение и боль из-за потери притока крови к лицу.На ее лице появились черные пятна. Ее веки сжались, а губы начали исчезать, из-за чего было трудно есть. В основном она была прикована к дому и возобновила прием сильных обезболивающих.

— Я ничего не могла сделать, — сказала она. «Мне было довольно больно».

В октябре она попросила внести ее в список больницы для второго лица. Этот процесс занял гораздо больше времени, отчасти потому, что ее исключили из списка на два месяца из-за пандемии коронавируса. Ее снова добавили, когда штат разрешил возобновить выборные операции.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.